— Какой еще бизнес? — не поняли девочки, и Нонна, с превосходством посвященной в тайну, рассказала про все перипетии Стасиковской голландской любви и предпринимательства.
— Так что… Ингрид — это не то, что мы думали! Любит он Милку! Сам признался! — закончила она.
— А как скакал, как скакал!
— А убивался как!
— Целых три дня убивался!
— Он же так никогда не убьется…
— Кстати, она жива вроде… Ингрид-то… И аварии не было, — выдала еще одну тайну Нонна, на что Иринка лишь покачала головой:
— Артист… По нему плакал Голливуд, Мосфильм и Монгол синема лимитед.
— Тьфу! — сплюнула Ланка. — А я еще переживала! Клопу все уши проела, как там бедный Стасик? Только ты, Нон, в курсе спектакля или Муди тоже знал? Ему-то поди как весело было. Какой кошмар… Ужас!
Она причитала бы еще долго, но распахнулась дверь, влетела растрепанная Мила и сердито бухнулась на диван, сложив губки в птичью гузку и раздавив задницей Нонкину пудру, что опрометчиво там завалялась.
— Ну? — хором спросили Нонна, Ирина и Лана.
— Антилопу гну! — раздраженно рявкнула Милка. — Не хочу! Пошел в задницу! Чтоб ему…
— Да погоди ты! — подсела к ней Нонна. — Что случилось?
— Браслеты где? — начала было о материальном Ирина, но Нонка цыкнула на подругу и ласково погладила Милку по плечу:
— Рассказывай.
— Нечего рассказывать! Пошел он…
— Он тебя обидел?
— Нет! Чтоб он нырял и не выныривал!
— Браслеты не понравились? — все-таки вставила Иринка.
— Нет!
— Что-то не так сказал?
— А он умеет разговаривать?! Да чтоб ему…
— Что-то не так сделал?
Милка заглохла и насупилась. Нонна поняла, что молчание — знак согласия, и твердо приказала:
— Колись!
— Такое впечатление, — махая руками и летая по комнате, начала Мила, — что лицо свое в центр веника сунула! Щетина везде: в носу, во рту, в глазах! Еще и рот свой раззявил, и моя морда натурально, бабы, туда провалилась! Слюни везде… Бррр… Еле ноги унесла…
— А он что?
— Что… До сих пор поди стоит, соображает, за что его послали. Целоваться научись, слюнявый!!! — гаркнула Милка в направлении входной двери.
Девочки не знали, как реагировать, а Нонна решила не отступать:
— Ну ты, Милк, и штучка! Как будто только с чемпионами по сексуальным игрищам в постелях кувыркалась! Мужик откуда знает, как тебе надо? Он же исполняет как привык, как научили… хм… другие леди… Потом все объяснишь, он и втянется!
— Нонк, ты, блин, такая умная! Иди вон в ванную и поцелуй мокрую щетку для полов! Если этот террорист заснет еще раз с открытой дверью, бля буду, сбрею все усы на хрен во имя других ледей, кто слюнями захлебнуться не боится!