— Проклятье, — выругался Тарвен. — Защитный режим…
Я закатил глаза.
То есть, для него было неочевидным, что барьер имеет и защитный режим?
«Королевское Право!»
Как я и сказал, создать артефакт, ломающий барьеры — это плевое дело. Но, по правде, мне и артефакт не нужен. Я просто воздействовал навыком на сам барьер, и деактивировал его.
И барьер погас.
— О, кажется, артефакт все-таки справился! — обрадовался один из них.
— Да! Пусть и ценой артефакта, но мы пробрались.
Тарвен в недоумении переводил взгляд от «ключа» к барьеру и наоборот.
— Хе-хе! Конечно! — обрадовался он. — А как иначе? Я столько кристаллов энергии на этот артефакт потратил! Хе-хе.
Ну, его явно обманули, да.
И судя по выражению лица Миледи, она прекрасно поняла, что на самом деле произошло, и разделяла мое мнение.
Миледи довольно хмыкнула, отвернулась и сделала вид, что рассматривает пространство впереди.
— Ладно! Проход открыт! Пора обогащаться! Ха-ха-ха! — смеялся он.
Все сразу воодушевились. Особенно Тарвен.
Мы двинулись дальше.
Глава 25
За барьером оказалось подземелье.
Не условное «испытание», не абстрактное пространство, а самое настоящее — с широкими залами, массивными опорами, неровными каменными стенами и ощущением глубины, уходящей куда-то вниз.
Воздух здесь был плотным, насыщенным, слегка холодным. Энергия циркулировала свободно, не скрываясь и не искажаясь, и сразу было ясно: это место не пустое.
Сокровищ здесь действительно было много.
Кристаллические колонны с заключённой внутри энергией, аккуратно выложенные стойки с оружием, доспехи, в которых ещё ощущалась сила прошлых владельцев. Артефакты, предназначенные для усиления тела, ускорения регенерации, повышения устойчивости к ядам и экстремальным условиям. Один из сундуков был наполнен сферическими накопителями — каждый из них мог бы годами питать Eх-рангового бойца. В другом лежали браслеты, усиливающие скорость реакции и точность движений. Для обычного искателя Пустоты это было бы богатство, меняющее жизнь.
Я осмотрел всё это без особого интереса.
Ничего уникального. Ничего, чего я не смог бы воссоздать сам — пусть не идеально, но достаточно близко, чтобы разница была чисто теоретической. Всё это было полезно, но не ценно.
Меня здесь интересовало другое.
Кирин внутри меня был неспокоен. Я чувствовал его страх. Он ощущал глубину этого места, будто под подземельем скрывалось нечто более тяжёлое, более плотное. Я не стал делиться этим вслух, но отметил для себя.
Миледи, тем временем, остановилась у одного из алтарей. На нём лежал артефакт — вытянутая пластина тёмного металла, покрытая тонкими линиями, которые едва заметно двигались, как живые.