— «Он такой смелый!» — пищали ведущие.

— «Журналистки чуть не устроили массовую драку за право взять интервью!» — говорили репортажи.

Конечно, среди тысяч статей появлялось несколько, где упоминались требования полиции, чтобы «Герой-Мужчина вышел на связь», ведь они должны «доступным образом объяснить ему, что заниматься супергеройской деятельностью без лицензии — незаконно, и он мало чем отличается от Злодеев, ибо приступает закон».

Тем не менее, большинство женщин так восхитились новым Героем, что боялись моего принятия этих законов. Они хотели, чтобы такой Супергерой продолжал свою деятельность, и потому намеренно утаивали требования полиции.

Я видел их лица. Эти бешеные глаза. Эти дрожащие руки с микрофонами. Они смотрели, будто увидели единорога, который лично подписывает им автографы.

Я уже тогда понял, что совершил ошибку. Огромную. Но поезд ушёл. Локомотив уже летел под откос.

И теперь… теперь я супергерой.

Супергерой. В белом костюме. И дурацкой маской. Принимающий пафосные позы. И улыбающийся камерам в надежде заполучить еще большую любовь фанатов.

— Всё, — сказал я утром сам себе. — Больше НИКОГДА в жизни я не надену этот идиотский костюм.

* * *

Я гулял по улице. В этом самом белом костюме…

Я чувствовал на себе взгляды. Открытые. Наглые. Липкие. Даже собаки оборачивались. И, кажется, одна из них тоже смотрела с восхищением. Я не шучу.

[Интересно, кому ты там обещал, что «никогда больше» не наденешь костюм?]

Я не слышал голоса Вируса. Видел только текстовые сообщения. Но даже так я чувствовал тонну ехидства и злорадства в его словах.

— Заткнись, — выдохнул я.

Я был красным. Не от стыда. От злости.

[Да ладно тебе. Ты же любишь внимание. Может, даже больше, чем еду. Вот, наслаждай пока можешь.

Эх, кажется я так стану эмоциональным вампиром. Твой гнев и раздражение — буквально манна небесная. Я могу подсесть на это, как на наркотик.]

«Хуже оскорбления придумать не мог?» — процедил я. — «Я буду тебя пытать после того, как закончу с Сифом. Обещаю.»

[Ой, да ладно. Я же дружески.]

«Просто напоминаю. Мы с тобой нихрена не друзья! Мы кровные враги, которые вынуждены работать сообща. Так что, когда мы с тобой разделимся — отношения у нас будут соответствующие».

Я думал, что Вирус огрызнется. Или хотя бы отшутиться. Но он не ответил вообще. И только тогда я понял, что… возможно… слегка перегнул палку.

Нет, я не был виноват. Я был зол. Раздражён. Меня превратили в национальную достопримечательность. Меня заперли дома. И всё это — из-за костюма.

А Вирус решил поиздеваться. Он каким-то образом выяснил, где все мои прошлые знакомые. И он знал, что это важно для меня. Но вместо того, чтобы просто сказать, решил выдать этот квест.