— Бабай! Что за хрен? — Швабр был, в отличие от меня, хотя бы в штанах, но тоже — с кардом в руках. — Убиваем?

— Убиваем! — решительно кивнул я. — Разрываем дистанцию, а потом — глазомер, быстрота, натиск!

Вот насколько неприятные ребята эти черные уруки в обычной жизни, настолько легко с ними в экстремальной ситуации. Бахару ничего объяснять было не нужно, он мигом все понял и рванул следом за мной, к нартам. У него там тоже имелось немало запасных острых железяк.

Зачем разрывать дистанцию? Чтобы понять, с чем мы вообще имеем дело. Опыт сражений в Хтони подсказывал — крупных тварей нужно гасить по глазам и конечностям. Глаза я уже отработал, и при отсутствии реактивного гранатомета или — на крайняк — китобойного гарпуна нужно пробовать оторвать рученьки и ноженьки этого рыболюда! Ибо не хрен честных орков от бани отвлекать!

Мне удалось ухватить с нарт сумку с книппелями прежде, чем чешуйчатая сволочь сделала большой ПРЫГ и со страшной силой приземлилась прямо на наши пожитки. У меня аж в душе что-то хрустнуло, наверное — внутренняя жаба хребет сломала от расстройства.

— БУЛЬ-БУЛЬ!!! — потрясая верхними конечностями, вызверилось чудовище и протянуло эти конечности ко мне.

Ну, я и секанул кардом, и отсек кусок великанского пальца, который повис на тонкой кожице. Из раны хлынула кровь, а я стартанул дальше — по-спринтерски. Мне нужно было время, чтобы изготовить своё изобретение к бою! И это время у меня появилось: из большого дома начали выходить шаманы.

Ну как — выходить? Скорее — выползать. Лежать в сторону выхода даже. Более-менее в себе там были только кандидат этнографических наук и наш Хурджин. Хотя Хурджин тоже был капитально угашен… Это какие объемы в него влили, чтоб угасить горного тролля? Даже представить тошно, не то что — выпить…

— Оп-па! — сказал кандидат наук и погрозил пальцем чудовищу. — Имба вылез из Имбы! Эй, скотина! Тебе чего в тине не сиделось?

— Буль-буль! — пояснил рыбовеликан и шагнул в сторону шаманского дома.

Шагнул! Я, хотя и бежал сломя голову, но мигом сообразил, что не обратил внимания на его ноги. Ноги у него имелись, вполне себе похожие на любые другие ноги, как у людей, скажем, орков или эльфов. Разве что — большие, чешуйчатые и перепончатые!

— Бахар! — крикнул я уруку, который с охапкой своих тесаков-фальчионов бежал чуть поодаль. — Перепонки!

Меж тем шаман-этнограф вытащил бубен и принялся подскакивать, размахивать руками, и раскачиваться на месте, и выдавать какие-то рулады горлом. Видимо — желая камлать и вызвать особо мощных духов, чтобы они запихали Имбу обратно в тину. Но в пьяном виде камлать получалось хреново, кандидат наук в итоге своих мощных раскачиваний саданулся башкой о столб крыльца, грохнулся мордой вниз на ступеньки и больше признаков сознательной жизни не подавал.