Капитан ещё пытался бороться. Его рука на мгновение вынырнула из воды, пальцы судорожно сжались в кулак… А затем исчезли под поверхностью, утянутые вниз. На месте «казни» осталось только кровавое пятно, да клочья мяса, медленно исчезающие в глубине.

Всё было кончено. Рыбы успокоились, лишь изредка всплывая к поверхности, словно проверяя, не осталось ли ещё кусочков. Вода постепенно светлела, разбавляя алый цвет до грязно-розового.

Толпа начала успокаиваться. Люди переговаривались, смеялись, некоторые уже потягивали пиво, как будто только что наблюдали не казнь, а представление бродячих артистов.

— Ну что, — мой сопровождающий хлопнул меня по плечу так, что я едва не врезался в перила, — Теперь Баронесса тебя примет.

Я хотел сказать, что готов — но не успел. Перила передо мной неожиданно распахнулись, и сильный толчок в спину отправил меня вниз.

Воздух засвистел в ушах, а затем…

БАМ!

Я приземлился на деревянную платформу, расположенную прямо под балконом, и едва не соскользнул в воду! Народ, наблюдавший за этим, снова расхохотался.

— Эй малёк, проверь водичку, тёплая, нет? — выкрикнул кто-то из толпы.

— Познакомься с нашими красотками!

— Потанцуй с ними!

Я скрипнул зубами и поднялся на ноги — и тут же снова пошатнулся, потому что платформа, безо всяких вёсел и шеста, поплыла вперёд. Она остановилась на середине арены — ровно под клеткой, где только что растерзали капитана…

Кровь еще не успела раствориться — алые пятна расплывались вокруг платформы, привлекая хищников. И они уже плыли ко мне — серебристые тени под водой, их плавники оставляли на поверхности легкие расходящиеся круги.

Я замер, чувствуя, как под ногами покачиваются доски. Камень силы под моей ключицей вдруг заныл — тупая, тревожная пульсация, словно предупреждая об опасности.

Спасибо, конечно, но и без тебя понятно!

Сверху раздался хлопок — Баронесса ударила в ладоши, и звук эхом разнесся по затопленному двору.

— О-о-о, это что же, наш новый гость прибыл? — её голос звенел театральной радостью, но в нем явственно слышались стальные нотки. Женщина широко раскинула руки, обращаясь к толпе, — Давайте же поприветствуем… как тебя там?

И я вдруг понял, что от того, как я сейчас буду говорить, зависит моя жизнь.

— Краб.

Баронесса улыбнулась — только здоровой половиной рта, тогда как металлическая часть маски оставалась неподвижной, создавая жутковатый эффект.

— Краб! Рада знакомству! — Она сделала изящный реверанс, и камни в её руке вспыхнули ярче, — Ну же, «теневые», поприветствуйте Краба как следует!

Толпа взорвалась нестройными криками, свистом, топотом. Кто-то швырнул в мою сторону медную монету. Я машинально поймал её на лету, чувствуя, как ладонь становится влажной от пота.