Я почувствовал, как мой собственный камень под ключицей ответил слабым толчком — будто почувствовал родню.

— Кто это? — прошептал я, не в силах оторвать взгляда от контраста красоты и увечий.

«Длинный» усмехнулся.

— Та, к кому ты должен был прийти сразу. Баронесса.

Женщина поднялась с трона медленно, словно давая всем насладиться моментом. Её движение напомнило мне кошку, потягивающуюся после сна — такая же грация хищника. Гудящая толпа мгновенно замерла — только где-то на задних рядах кто-то неудачно кашлянул, и этот звук прозвучал неприлично громко в внезапно наступившей тишине.

— Капитан Дирк, — голос баронессы звучал как бархатная петля, оборачивающаяся вокруг шеи — мягкая, но неумолимая, — Ты знаешь, почему оказался в клетке.

— Я не виноват, госпожа!

Лицо Баронессы исказилось, и она швырнула в клетку жареный каштан, который ей только что подал мальчишка-слуга.

— Заткнись! Ты получил возможность оправдаться ранее — и вылил на меня ушат лжи и дерьма!

Мгновение — и на лицо женщины вернулась спокойная улыбка.

— Ты продал своих людей, Дирк. Жителей Трущоб. Наших братьев и сестёр… В РАБСТВО!

Слова разлетелись над водой, отразились от стен и вызвали недовольный гул среди собравшихся.

Баронесса сделала театральную паузу, обводя взглядом толпу. Её глаза сверкали, а металлическая половина маски отражала блики воды, создавая странный эффект — казалось, она смотрит на всех одновременно.

— Разве мы не договорились? — Она резко развела руки, и рукава её рубахи чуть распахнулись, обнажив почерневшую руку с вживленными камнями. Те замерцали в ответ на эмоции женщины, — Разве все мы не договорились⁈ Никто в Трущобах не смеет торговать рабами! НИКТО!

Толпа взорвалась. Кто-то начал колотить кулаками по деревянным перилам, создавая грохот, похожий на барабанную дробь. Другие свистели, выкрикивали проклятия. Одна женщина с перекошенным от ненависти лицом швырнула в сторону клетки гнилой фрукт, который шлепнулся в воду рядом, подняв фонтанчик брызг.

Я не смог сдержать ухмылки. То, что я услышал, было хорошим знаком. Значит, здесь, в самом хреновом для жизни районе Артанума, есть хоть какие-то правила. Хоть кто-то защищает своих.

Если всё дело в этом, конечно… Быть может, это просто красивый предлог, и на самом деле этот капитан утаил деньги с прибыльного дела?

Не удивлюсь…

Мужчина в клетке — сухопарый, жилистый, загорелый, в одних рваных, коротких штанах — вдруг рванулся к прутьям. Его пальцы вцепились в металл так, что костяшки побелели.

— Это ложь! — его голос сорвался на визг, — Я не… Мы просто…