Импровизированная таблица с периодичностью включения британских РЛС была нанесена прямо на планшете. Там же циферками — характеристики: частоты, длительности импульсов.

…быстро оценивал, считая в уме:

«Получается, что после поворота на „кроссинг“ у Левченко будет не полчаса, всего минут двадцать. Не много — охват „головы“ выйдет не полным, под углом. Однако и не мало — какое-то время у бриттов кормовые башни всё же будут закрыты. Как быстро отреагируют англичане»?

Загадывать он не брался, но надеялся, что боевые расчёты «Кингов» в какой-то степени расслаблены, поскольку для них противник ещё далеко, не в зоне действия орудий.

'Они верно и вовсе ещё не заряжены. Конечно, развернуть башни с походного положения на носовые углы недолго… дать первый ответный сгоряча. Но опять же — им придётся экстренно маневрировать под огнём, какое-то время уйдёт на увязку данных радара и артиллерийского директора, неизбежные поправки, то да сё…

Так что на несколько безответных залпов вполне можно рассчитывать'.

— Сыграем на опережение?.. — озвучил вслух.

— Совершенно верно. С флагманом уже согласовано. Перемигивались светограммами (та ещё задачка) минут сорок, прежде чем всё уяснили и утрясли: пока обсчитали дистанции, пока обозначили курсы, высчитали хронометраж. Но ухватились они сходу, сразу увидев возможность получить преимущества ещё в завязке боя. Потому как ответ уже дали — готовы. Они, как я понял, уж давно сидят на иголках, всё по-боевому, по штатному расписанию. Казённики заряжены. Пары развели. Поворот надо будет совершить, как только англичане проведут очередное включение-выключение РЛС. А это, — старпом взглянул на таблицу, сверив с наручными часами, — через 18 минут.

— Уже?!! Через восемнадцать⁈ Издеваетесь⁈ Трубите аврал!!!

* * *

Прокатившийся по кораблю ревун «Боевой тревоги» взвинтил экипаж, как водится, срывая людей где-то там с коек, в кубриках и каютах, заставив подобраться и тех, кто уже нёс вахту. Вместе с тем, судя по немедленно поступавшим докладам о готовности, Скопин понял, что дежурные расчёты на боевых постах старпомом были уже «накручены», предупредительно. Вдруг испытывая неприятное ощущение досады от того, что важные решения приняли без его участия:

— Меня следовало сразу разбудить, как только наметились подвижки на изменения от запланированного.

— Поначалу всё было неопределённо, а потом враз выстроилось, — в интонациях кавторанг даже не пытался оправдываться.

— Как же, и сорок минут перемаргивались ратьером, — бросил ядовито командир, подавляя, в общем-то, необоснованное недовольство. Уселся во вращающееся кресло, позволив старшему помощнику продолжать начатое. У самого в голове ничего конкретного — слишком резкий переход от послесонного расслабона и сразу, без раскачки, в активную фазу. Мысленно лишь проговаривая: