Что прозвучало, в общем-то, в знакомых намёках, и не удивило…

* * *

Наблюдали с СКП[71] .

Всё происходило отработанно и синхронно. «Бульдозер»[72] выкатил Як-39 на взлётную позицию. Пилот ещё раз обошёл машину, последней проверкой. Взобрался по лесенке в кабину, пробуждая системы от внешнего источника электропитания, начав предварительную гонку двигателей.

Автоматика гидравлики завалила леерное ограждение полётной палубы. В воздух упредительно поднялся Ка-25ПС, оттянувшись, повисая за кормой. Руководитель полётов что-то положенное вещал в громкоговоритель, обслуживающий техперсонал в основном обходился жестикуляцией руками, перекрикивая царящий шум.

Ходовой мостик одерживал корабль на волну. Дежурный внимательно следил за тем, чтобы «колдуны»[73] сохраняли нужное направление, надутые упругим устойчивым ветром не бились в порывах.

Пилот дождался отмашки на старт, теперь дело было в его личном решении.

Стоящий на тормозах штурмовик ещё увеличил обороты, раскручивая турбины, кроя палубу горячим маревом исходящих газов. Движки «вертикалки» издавали такой визг, что в закрытом помещении СКП приходилось повышать голос.

Очевидно, пилот набрал необходимую тягу, самолёт динамично оторвался — на метр… на два, на струях двигателей немедленно и плавно переходя в горизонтальное скольжение.

По ушам прессовало не просто визгом — верещанием.

Влёт происходил на левый траверз под острым углом по курсу, достаточно дистанцируясь от громады настройки, избегая образующих ею воздушных завихрений.

В какой-то момент самолёт качнуло боковым порывом ветра под правое крыло. Несильно. «Як» просто круче отвернул от корабля, неизбежно ускоряясь в переходном режиме, всё больше полагаясь на аэродинамическую силу плоскостей.

Было видно, как захлопнулась верхняя створка подъёмных двигателей.

— Обратили внимание, как его потянуло на крен! Надо будет проанализировать и отрепетировать этот взлёт набок. Учесть «розу ветров» — встречные, огибающие потоки, — услышал Скопин, оценив компетенцию командира авиационной части вопросительным взглядом.

— Я на «Киеве» в «младших» по БЧ-6 походил, — пожал плечами подпол[74] .

Рванувший «низким стартом» штурмовик быстро превратился в исчезающую точку, набирая до приличных скоростей.

Уже покидая СКП, командир услышал по трансляции торжество замполита о боевых заслугах экипажа. Отметив, что проставленное акцентом: «…получили уникальную возможность внести свой вклад в Великую победу над фашизмом», несёт интересную коннотацию. Даже похвалил, мысленно:

«Удачный ход. Знает, знает товарищ партийный работник, на какие кнопки надо нажимать».