— А это идея. У тебя рекламодатели по ветеринарии объявились, а у нас зоотехник бесхозный пропадает. Сейчас мы его вызвоним. Пусть консультирует, куда твои средства применять.
— Это ты про Ивана что ли? — удивилась Ленка. — А он согласится?
— Еще как согласится. Они там с дедом, похоже, деревню блогеров решили организовать. Потянем мы еще один проект, Елена Владимировна?
Иван обещал приехать вечером, после работы. Пока готовили на несколько дней вперед и освобождали кухню под проводку труб, Васька примеривалась к оборудованию. Успела снять жалостливое интервью у лежащего деда. Натаскала для антуража веников из травы, развесила по кругу, чтоб в кадр попадали. Флакончиков с чердака у Лизы попросила, на табуретку выставила. Дед от такой заботы и забыл, что рвался вставать и бежать. Лежал королем, изображал умирающего лебедя.
— Вот и первый ролик у нас готов. Сейчас на монтаж отправлю. Будем подготавливать почву на соведущего, чтоб нагрузку снижать.
Деятельная эта егоза успела сдружиться и с Барбосом, и с Милкой. Отметилась на кухне у Ленки, и поснимала нарезки роликов со строителями. Только и мечется растрепанная коса от одного к другим. Ни секунды покоя.
— Такое золото тебе отдаю, — вздыхала Елена Великая. — Сама растила из курьеров, у нее вместо батарейки атомный реактор. Смотри, Лизавета, самое ценное от сердца отрываю, не испорть мне тут девку.
— Да ладно тебе. Ее, чтоб испортить, надо сначала поймать. Зови свою Василису Прекрасную, пусть хоть кофе с нами попьет.
— Кар! — послышалось на улице.
— Иннокентий! Кешенька!
Лизу снесло со стула, выбежала на улицу, головой крутит. Где друг любезный?
Ворон красовался на коньке крыши. Поворачивал голову, поглядывая на задравших голову строителей, на беседку перед домом, что вместо любимой березы выросла. Лиза подняла руку, приглашая вещую птицу приземлится на знакомое плечо.
— Рррадость. Встррреча.
— Он еще и говорящий! — восторженно вздохнула Васька, прилаживая камеру из раскрытого окна.
— Не снимать! — прорычала Лиза. — Ни перышка его не должно попасть в кадр. Запомни. За ним и так охоту объявили, всех ворон перестреляли по деревне.
— Океюшки, — камера исчезла, а любопытная мордашка переместила взгляд на самого красавца-ворона, опустившегося на дружескую руку.
— Хороший мой. Дорогой. Вот и ты до нас добрался.
— Встррреча.
У калитки остановился белый передвижной дом на колесах с тонированными стеклами.
— Хозяэва! Есть кто дома? Слюшай, погуди, может это не той дом. Забор, да, зеленый, как трава. Дядя Леша, сказал — красавица, да в доме встречать будэт. Доставай корзину, знакомиться пошли, да.