С соседнего подоконника взлетела стайка голубей и пара ворон. Лизавета проводила взглядом набирающих высоту птиц и вышла с балкона, отодвинув на пути Вениамина.
— Что это было? Я стесняюсь спросить? — явно веселящаяся дама вновь перешла на одесский выговор.
— Так надо было. Я бы попросила меня в гостиницу отвезти или к Ленке, надо отдохнуть немножко. Завтра, наверно, к следователю придется ехать?
— Никто никуда не поедет. В этой квартире можно весь одесский Привоз разместить, а на одну маленькую девочку кровать точно найдется. Пойдем, я тебя устрою. Не надо со мной спорить, у меня от этого расстройство будет.
Лизу поселили в небольшой комнате с кроватью, столом и книжными шкафами до потолка.
— Тут мой Яшенька любил уединяться, говорил, очень спится хорошо, когда на ухо никто не храпит. Сейчас белье перестелем, и отдыхай. День выдался тяжелый. Я тебе окно приоткрою, чтоб воздух свежий был.
Вениамин из коридора звонил деду Василию. На этот раз мягко, выбирая выражения и сглаживая углы, рассказал, почему Лизавете нужно будет задержаться в столице на несколько дней.
— Ну, хоть Акимыча предупредили, закрывая глаза, подумала сновидица.
Глава девятнадцатая Сон про елки
В чае явно было какое-то лекарство. Стоило Лизе лечь, накатила сонная одурь, глаза закрывались сами собой. Шторки опускаются, встретимся утром. Сновидица проваливалась в сон без сновидений, теплая обволакивающая темнота закрытых век, глубина, в которую падаешь без тревоги, спокойный стук сердца, расслабленное дыхание, вдох — выдох. Покачивалась на волнах теплой молочной реки, тепло, пахнет чем-то родным, знакомым. Козой тут пахнет!
— Милка, ты что ль? — открыла глаза в своем сонном убежище Лиза. Коза лежала рядом на кровати и вылизывала хозяйке лицо и шею, тыкала мордой.
— Дорогая моя, хорошая! — обняла хранительницу Лизавета. — Ты меня откуда угодно вытащить можешь?
— Мя, — довольно ответила химера, вытягиваясь во весь свой немалый рост на кровати. Дело сделано. Хозяйка дома.
Лиза встала и пошла на улицу. Надо было найти Иннокентия и убедится, что с ним все хорошо.
— Кеша! Мальчик! Возвращайся! Лети сюда, мой хороший! — надрывалась сновидица, стоя у любимой березы.
На крыльцо вышла Амалфея, недовольно помахивая хвостом. «Что за шум, а драки нет?» — молча вопрошала козья физиономия.
— Ворона надо найти. Кеша не откликается. Поможешь? Я его совсем не чувствую. Он как улетел со стаей, так и пропал. А там наяву труп и сетка с клеткой. Понимаешь?
«Говоришь много», — ответил взмах хвоста недовольной прерванным отдыхом химеры. Без разгона прыгнула с крыльца, расправив крылья. Только порывом воздуха взметнулись волосы на голове хозяйки и рубашка распахнулась.