Мы поднялись на второй этаж. Кларисса скрылась в своей комнате, а я вошла в вошла в свою спальню. Фелисити зашла следом, будто это было само собой разумеющимся.

Я села на кровать. Нога пульсировала, рана напоминала о себе. Нужно было снять старую повязку и обработать царапину. Но делать это при Фелисити...

— Тебе нужно перевязать рану? — догадалась Фелисити, будто прочитав мои мысли. — Я сама...

— Кузина, не глупи. Ты же не сможешь одна. Рана на бедре же? Тебе будет неудобно.

Она была права. Черт бы ее побрал. И не потому что рана на бедре, а потому что она сбоку и немного сзади, самой током не рассмотреть.

Волчок покусал за бочок, прямо как в сказке.

— Я позову матушку, — сказала я, собираясь встать.

— Не надо, — Фелисити мягко, но настойчиво усадила меня обратно. — Тетушка устала, пусть отдыхает. Я помогу. Я же с детства умела перевязывать, помнишь? В поместье мы с тетушкой вечно возились с ранеными птицами и зверюшками. Я справлюсь.

Я посмотрела на нее цепким взглядом. Милая улыбка. Невинные глаза. Невозможно отказаться, не показавшись излишне подозрительной.

— Хорошо, — сказала я сквозь зубы. — Спасибо.

Фелисити опустилась на колени передо мной. Я приподняла ногу и ее мягкие пальцы с идеальным маникюром коснулись моей ноги. Она осторожно задрала подол платья, обнажая бедро.

— Какая безобразная рана, — проговорила она, разматывая старую повязку. — И правда волк?

— А кто же еще, — ответила я.

Она осмотрела царапину. Потом, вместо того чтобы сразу накладывать новую повязку, зачем-то провела пальцами по коже рядом с раной.

Я в оба глаза следила за ее действиями. Недоверие к этой девочке-припевочке только расло с каждой минутой, что она пробыла в моей разваливающемся замке.

— Генерал тебя перевязывал? — спросила Фелисити небрежно.

— Да.

— Аккуратно сделано, — она подняла на меня глаза. — Он вообще... заботливый, да?

— С чего ты взяла?

Я взяла сложенную чистую ткань, налила в миску теплой воды из кувшина и добавила немного отвара коры ивы. Промокнула тряпицу и подала Фелисити, чтобы она промыла рану. Фелисити едва заметно поморщилась, но так, будто ей было просто жалко меня.

— Ну как же, — ответила Фелисити, улыбнулась и принялась накладывать новую повязку. Очень медленно. — Он в лесу тебя нашел, рану перевязал, до замка довел. А за обедом на тебя так смотрел...

— Как?

— Не знаю, — она пожала плечами, не прекращая перевязку. — По-другому. Не так, как раньше.

Я молчала, следя за ее руками. Она явно не спешила.

— Вы с ним теперь... помирились? — голос невинный, но глаза смотрят пристально.