Вот только Кардиган ни на секунду не сомневался: русский царь — человек прагматичный. Он непременно найдет, как, через кого и в каких банках Европы легализовать и использовать всё то, что Кардиган так изящно выпотрошил из британских кошельков.

Отдышавшись, барон перешел на мерный, быстрый шаг. Он понимал, что порт Дувра уже совсем рядом. Во тьме уже угадывались исполинские силуэты мачт и громады знаменитых белых скал. Кардиган тяжело дышал, но на его лице играла торжествующая улыбка.

Он смог вырваться с того приема, на котором он и покинул Лондон. Да, подставил свою же ближнюю охрану, трех казаков, которые потом героически погибли, но не дались в лапы англичанам. И это не говоря уже о том, что Кардиган подставлял огромное число своих представителей. Некоторые из них были ценными приобретениями. Дерзкие, гибкие, предприимчивые. Но многие из них получили приглашение в Россию. Может и доедут.

А пока… Скоро. Вон за тем приметным, покосившимся портовым пакгаузом его должна ждать боевая группа поддержки. Русские бандиты — как он сам их про себя называл — русских казаков. Эти суровые, неразговорчивые люди-тени неизменно держались на расстоянии, но охраняли авантюриста как зеницу ока. Уж они-то легко и с удовольствием защитят его, искрошив в капусту ту жалкую горстку английских преследователей, что явно заплутали сейчас в узких улочках портовой зоны Дувра.

Он сделал всё. И даже больше. Опираясь на поддержку могущественных оппозиционных сил — тех самых аристократов-заговорщиков, что по большей части уже были арестованы короной и прямо сейчас гнили в сырых подземельях Тауэра, — Кардиган провернул аферу века. Он выдоил их досуха, собрал колоссальные суммы со своей рухнувшей финансовой пирамиды и теперь уходил по-английски, увозя с собой казну, способную купить небольшое государство.

Масштабы проделанной им работы поражали воображение. Барон увозил с собой не только мертвый металл и бумагу — он увозил умы и руки. Не менее четырех тысяч человек он уже успел отправить в Россию на добычу золота и серебра.

Среди этого живого груза было немалое число первоклассных специалистов, инженеров и мастеров, которых Кардиган без лишнего шума попросту выкупил из долговых тюрем Его Величества. Еще два зафрахтованных корабля к десяткам других, должны были на днях отшвартоваться в Лондоне и взять курс на Копенгаген. Там этот людской поток пересадят на датские суда, чтобы затем беспрепятственно доставить в российские порты.

Кардиган наконец вынырнул из душного лабиринта портовых трущоб и вышел к причалам Дувра. Здесь, в отличие от вымерших городских кварталов, уже кипела деловая суета. Ночная мгла неохотно отступала над Ла-Маншем, и бледное, холодное солнце начинало вступать в свои права, разгоняя над водой клочья серого тумана.