«Тэйрн» .
«Сзади» , — тут же ответил дракон.
В воздухе раздалось хлопанье крыльев, лошади занервничали — и вот драконы приземлились на опушке, и земля задрожала под их лапами.
— Мать твою… — прошептал Кельвин, отступая назад вместе с другими пехотинцами.
Ридок хлопнул его по плечу:
— Придется тебе к ним привыкать. Драконы будут на любом форпосте, куда бы тебя ни отправили служить после окончания.
— Да… но так близко? — выдохнул Кельвин.
— Возможно, ближе, — шепнул ему Ридок и кивнул.
Мы, семеро всадников, попрощались с пехотой и пошли к драконам.
— Никого не беспокоит, что они прервали нашу связь с драконами? Подавили печати? А потом все вернули, как будто даже не понимают, что это… — Сойер покачал головой. Даже по его походке было видно, насколько он зол.
— Нарушение границ? — подсказала я.
— Вот именно. И вдобавок получается, они могут лишить нас связи в любой момент.
«Раньше так не было, — сообщил мне Тэйрн и прищурился, глядя на профессора Грейди. —Только с этого года. И мне это не нравится. Я тебя слышал и чувствовал, но ты не могла мне ответить».
— Тэйрн тоже не в восторге.
Боги, как яустала . И какого хера командование ищет способы подорвать наши силы? Я чувствовала себя такой слабой, когда они отрезали меня от Тэйрна и Андарны — моих главных источников поддержки и магической энергии, и к тому же лишили меня печати, на которую я привыкла рассчитывать.
— Видишь? — сказала Рианнон. — Ты мне не верила, а я говорила тебе, что в этом году творится что-то странное. Двери в госпитале под охраной. Разработка эликсиров, которые подавляют связь. К тебе подослали убийцу.
— Панчек сказал мне, что кто-то хочет отомстить моей матери, и я не вижу причин с ним спорить, — проговорила я, тщательно балансируя между правдой и ложью.
— Ты вообще не видишь причин говорить. — Она метнула на меня резкий взгляд.
Мои тайны уничтожат нашу дружбу. Я чувствую, что она уже трещит по швам. Ри старается быть терпеливой, но она привыкла решать проблемы, а я сейчас — огромная проблема.
Когда я подошла, Тэйрн вытянул лапу.
«Пожалуйста, скажи мне, что ты увиделся со Сгаэль» .
Собрав последние силы, я каким-то образом все же забралась в седло.
«Я провел с ней пару часов. На больше я не мог тебя оставить. И то только после того, как Бейд от вас отстала».
«И они уже улетели?»
Почему у меня сердце разрывается? Скучать по Ксейдену — нелогично, и глупо, и вообще бесит — и все же я ничего не могу с собой поделать.
«Мы увидим их через неделю».
И почему, почему все во мне говорит, что этого не будет?
Глава 16
Отец надеялся, что я пойду в пехоту, как и он. Он считал всадников напыщенными придурками. В его защиту, мы именно такие, как он думал.