— И мы вас замедлим. Наслушались уже. — Кэт сложила руки на груди, глядя на суматоху, которую подняла Фэйге, раскинув крылья перед приземлением рядом с Рианнон. — Это не значит, что мы не чувствуем себя как говно, пока вы мчитесь на битву, а мы тут… сидим и учимся.
— Насчет учебы я не уверен, все-таки красный дубинохвост Деверы тоже здесь, — добавил Ридок, показывая в начало нашего строя.
— Вот! — Марен достала из рюкзака маленький арбалет и колчан с кожаной обшивкой, потом встала. — Ты уж прости, но лучница из тебя хреновая.
— Эм-м. Спасибо?
— Так у тебя будет на что положиться, когда кончатся кинжалы. Просто натяни тетиву, чтобы зацепилась вот здесь, потом положи болт в направляющую… — она показала на середину арбалета, — и спускай крючок указательным пальцем.
Он был компактным и не требовал много сил. Этот жест доброй воли показался настолько добрым, что у меня ком встал в горле.
— Идеально. Благодарю. — Я взяла оружие, но колчан Марен отдала не сразу.
— Наконечники из маорсита, с энергией и рунами для взрыва при попадании. — Она подняла темные брови. — В колчане есть подушечка, но ни за что. Не. Роняй. Его.
— Поняла. — Я забрала колчан, потом сунула и то и другое к себе в рюкзак.
— Ассамблея уперлась, — буркнул Ксейден.
Он появился в полной летной форме, с мечами за спиной, вместе с моими братом и сестрой.
— Упрямые сволочи. — Мира тоже оделась для полета, с мечом на боку.
А вот Бреннан лететь с нами не собирался, и гнев, кипящий в его прищуренных глазах, был направлен прямо на меня.
— Не хотят сражаться, даже зная, что под угрозой земля для гнездовий? — спросил с вызовом Ридок, приблизившись к нам вместе с Сойером, Имоджен и Квинн.
— Они думают, мы ошибаемся, — ответил Ксейден.
—Они думают, что врываться на вражескую территорию с необученными кадетами — ошибка! — сорвался Бреннан. — И я с ними согласен. Ты просто убьешь всех кадетов, включая себя!
— Мы же не первогодков берем, — фыркнула Рианнон, затягивая ножны на летной куртке.
— И очень зря, — огрызнулся Аарик, подойдя со Слоун и другими первокурсниками, все — с летной формой и боевым настроем. — У нас такое же право защищать гнезда, как у старших.
От его умоляющего и в то же время обвиняющего взгляда у меня екнуло сердце. Именно у него такое же право, если не больше, защищать Наварру.
— Никто из вас не… — начал Бреннан.
— А ты сам лучше останешься, зная, что мама может умереть? — Я шагнула к брату, и Мира встала рядом со мной лицом к Бреннану.
Он поморщился, отшатнулся, будто я его ударила.
— Она бы с легкостью послала на смерть всех нас троих. — Его взгляд перебегал с Миры на меня и искал понимания, но не находил.