Все прямо как в моих долбаных кошмарах.
Вот только пот, сбегавший по шее, напоминал, что это очень даже наяву. Что Вайолет — под Басгиатом, борется за чары; что Тэйрн разгоняет виверн, рвущих Сгаэль надо мной, чтобы не подпустить драконицу ко мне. Что со мной не так, что я подвожу всех женщин в своей жизни?
— Итак, я дам тебе последний шанс сделать правильный выбор — и покончим с этим, — сказал Мудрец, остановившись передо мной и улыбаясь, сверля жуткими глазами в красных кольцах и паутине.
Он отступил на пару шагов, потом постучал по земле посохом.
Гравитация вернула меня себе, и я рухнул на четвереньки.
— Я же говорил, что ты придешь ради любви. — Он протянул ко мне руку. — И ты пришел.
— Ты ни хрена обо мне не знаешь. — Я с трудом попытался подняться и снова упал на колени, пока Сгаэль ревела над головой в бессильной ярости.
— Я знаю о тебе больше, чем ты думаешь. — Вэйнитель опустил посох и оперся на него.
— Это потому, что ты Мудрец? — сплюнул я, упираясь ногами в склон холма, смотрящего в сторону Тиррендора, и потянувшись за своей силой.
— Мудрец? — Он рассмеялся. — Ямавен . Генерал.
По моим глазам побежало пламя, и тени заструились из-под меня, хватая туловище этой самовлюбленной сволочи. От захлестнувшего удовлетворения я почувствовал себя лучше, чем от чуррама.
— Генералы умирают так же, как и солдаты.
Я боролся с собственными руками, чтобы их сдвинуть, но они не слушались, — мышцы успели отказать за то время, что я провисел в небе из-за его магии.
— Неужели? — снова расхохотался вэйнитель, объятый тьмой. — Ну же, маг теней. Сдавайся. Только так ты еще можешь спасти ее.
— Пошел ты.
Я окунулся в нашу связь — и почувствовал, как Вайолет соскальзывает, горит, намерена… Мои тени дрогнули, но мавен не пошевелился.
Она пожертвует собой, чтобы спастименя . Она намерена умереть.
Сердце подпрыгнуло к горлу, и я снова почувствовал его — так же, как когда сидел у ее постели после Рессона, — страх.
— Ты же знаешь, что случится, когда ты проиграешь? — дразнил генерал, сбрасывая слабые полосы тени, завившиеся у его горла. — Я переступлю через твой труп и найду ее. Затем сожму ее нежную тонкую шейку…
Ярость вспыхнула в венах, взрыв адреналина такой силы, что я укрепил тени и стянул потуже, но как бы я ни силился, он не двигался.
— … и выпью.
Я вогнал одну руку в землю и сжал второй кулак: рука дрожала от усилий, требующихся, чтобы удержать его, пока я ныряю в пучины сил Сгаэль и позволяю огню пожрать меня.
«Держи его!» — приказала она.
Но я не мог.
Он был слишком силен, а у меня не осталось ничего. Но чтоб я сдох, если Вайолет пострадает от последствий. Он не наложит на нее свои руки. Ни сегодня. Никогда. Слякоть под ладонью таяла, и я почувствовал… Подо мной что-то было.