Майор развернулся ко мне и внимательно, будто змея, посмотрел в глаза. В его взгляде читалось нечто похожее на сканирование — проверка, не вру ли я, не скрываю ли чего-то.

— Нам крайне важно, чтобы вы были в полном порядке. Концентрация должна быть на максимуме. Время у нас, конечно, есть, но не так много, как хотелось бы. — Он чуть помолчал, словно решая, стоит ли говорить дальше, а потом добавил. — Рекомендую вздремнуть, пока есть возможность. Ехать нам ещё минимум час.

Произнеся это, он отвернулся, устроился поудобнее и, кажется, сам начал следовать собственной рекомендации.

Я усмехнулся.

— Никогда бы не подумал, что вам на службе можно спать.

Ответ пришёл не сразу. Сперва тишина, затем тихое, ленивое бурчание с переднего сиденья.

— Нам и нельзя.

За его ответом последовала звенящая тишина, наполненная кусочками льда.

— Но кто расскажет?

Марков даже не шелохнулся.

Риторический вопрос.

Я вздохнул, откинулся назад и прислонился лбом к холодному стеклу. Пусть этот чертов майор оказался прав. Пусть всё это выглядело так, будто это нужно и мне. Но сейчас, пока кортеж нырял всё глубже в недра города, закрыть глаза было действительно самым разумным решением.

* * *

Где-то на окраине космического пузыря.

Космический корабль «Вака’тай» несся сквозь межзвездную тьму, а на его мостике царил тихий хаос. Индикаторы на приборных панелях пульсировали тревожными вспышками, создавая эффект мерцающего ночного города. Голографические схемы сновали в воздухе, проецируя маршруты, орбитальные карты и показатели состояния разных систем корабля. Атмосфера на борту пропитывалась запахом перегретого металла, словно сам корабль был живым существом, раздраженным выходками экипажа.

— Эти чертовы выродки гилков! — рявкнула Яс’са, с грохотом врезав кулаком в сенсорный дисплей. На мгновение световые символы дернулись, затем восстановились, но от панельки послышался недовольный писк, словно уязвленный интеллект судна решил выразить свое мнение.

Яс’са выглядела так, будто только что сбежала с арены гладиаторов. Лицо со звездообразными метками, горящие глаза, копна густых фиолетовых волос, и отливающая пурпурным гладкая кожа. На секунду лицо озарилось злобной усмешкой, которая открывала вид на двенадцать острых, идеально симметричных клыков. А ее раздвоенный язык коротко скользнул по губам, выдавая эмоции куда лучше любых слов.

— Яс’са, ну я же ем… — подал голос Ормут, держа в длинных и аморфных пальцах какую-то болтающуюся дрянь Его бледное, осунувшееся лицо выглядело так, словно он не спал последние двое суток. Кожа — почти прозрачная, без единого волоска. Даже ресниц не было, отчего его взгляд казался ещё более пустым и задумчивым. Если поднести его на свет, точно можно увидеть скелет без рентгена.