Ишь ты — прислушивается.
— До утра хватит, — успокоил Александр Иванович.
Провозились где-то около часа, а то и больше. Пока вытащили фонари, пока заправили, разместили… Употели все, несмотря на изрядный ночной морозец. Однако же, главное было сделано — зарево вышло на славу. Этакое керосиновое гало!
— Экое пожарище! — удовлетворенно кивнув, прапорщик вытащил папиросу… — Кури, Иван Палыч! А, ты ж не куришь…
Между тем, доктор напряженно смотрел вдаль. На узкий и яркий луч, вдруг появившийся над лесом…
Сидоренко тоже глянул:
— Что там такое?
— Похоже, мы вовремя… — вдруг улыбнулся доктор. — Это поезд! Наверное, какой-то воинский эшелон… Слышишь? Чух-чух-чух… Чаттануга чу-чу!
Поезд быстро приближался. А вот и послышался тревожный гудок. Тормозя, заскрипели колеса… Заметили!
Состав остановился метрах в пятидесяти от санитарного поезда… вернее, от того, что от него осталось.
Иван Палыч вслед за Сидоренко спрыгнул с платформы… Мощный луч прожектора ударил по глазам. Сам поезд было не рассмотреть, но на рельсах возникли вдруг три черные тени…
Трое военных в шинелях и офицерских папахах быстро шагали по шпалам… Верно, с воинского эшелона — откуда ж еще?
Подойдя, вскинули руки к папахам.
— Командир бронепоезда «Цесаревич» майор Воронцов!
— Прапорщик Сидоренко… Комендант санитарного поезда имени императрицы Александры Федоровны!
— А-а-а… Это вас на всех станциях потеряли! Что случилось, прапорщик?
— Крушение… Рельсы подорвали… И бомбежка еще…
* * *
Уже через пару часов «Цесаревич» оттащил «раненый» санитарный став на ближайшую станцию и тут же ушел, прихватив местную ремонтную бригаду и запасные рельсы. Лязгающая стальная громада, ощерившаяся смертоносными жерлами артиллерийских орудий и пулеметов. Сухопутный броненосец, несущий смерть врагу.
— Как же это они дальше-то? — глядя во след удаляющейся стальной махине, посетовал кто-то из раненых — щуплый, невысокого росточка, солдатик с перевязанною рукой, вместе с другими выбравшийся на улицу покурить. — Рельсы-то взорваны!
— Ремонтной бригаде часа три работы, — выпустив дым, хмыкнул комендант. — Все станции по телеграфу предупреждены. Эшелоны задержат.
— Эх… — солдатик истово перекрестился. — Господи… Как же нам с этим бронепоездом повезло! Господин прапорщик — а дальше-то что? Новый поезд за нами пришлют? Аль на попутных?
— Не знаю. Начмед телеграмму отбил. Теперь ждем ответа.
Остатки санитарного эшелона стояли на запасном пути, оттащенные туда пузатым маневровым паровозиком, похожим на большой самовар. Не мерзли — угля нынче было в достатке, да и керосином для ламп разжились изрядно. Можно было и обождать.