Надо бы отправить записку — сообщить Чарушину о ситуации. А может и выше доложить.

Постой, а это что? Иван Павлович подошёл ближе к одной из могил. Разрыта. Это еще что за…

Даже смешно стало — как из какого-то дешевого фильма про зомби! Что это, жители Зарного воскресли? В такую-то погоду не мудрено — лежать в холодной сырой земле даже покойнику нет никакого желания.

Но это конечно же были не зомби. Землю копали лопатами. Потом грузили и везли вдоль всего кладбища, по едва заметной тропинке куда-то в лесок.

Иван Павлович присмотрелся. Сквозь густые заросли виднелся… Забор! Сплетенный из веток и травы, он очень хорошо маскировался среди местности. А вот это уже любопытно.

Иван Павлович пошел по следу. Ага, а вот и ограда. Высокая. Прошелся вдоль, выискивая вход. Не нашел. Вместо этого обнаружил кое-что другое — на одном из заграждений висел человеческий череп, а снизу две кости, на манер веселого Роджера.

А вот это уже не смешно…

Стало понятно, что это вроде знака — не суйся сюда, прохожий. А если не хотят, чтобы сюда шли, значит есть что скрывать.

Пока Иван Павлович размышлял как поступить, из-за зарослей раздался треск веток. Доктор даже струхнул — уж не медведь ли? Кто-то большой, волосатый.

Перед ним возник здоровый угрюмый мужик, бородатый, с широкими плечами, одетый в потёртый зипун.

Прищуренные красные газа внимательно изучали доктор.

— Тебе чего тут надо? — пробасил незнакомец.

В руках он держал лопату, опираясь на неё, как на посох.

«Такой ударит по голове — и пикнуть не успеешь», — подумал доктор.

Сохраняя спокойствие, Иван Павлович шагнул вперёд и представился:

— Здравствуйте, я Иван Павлович Петров, врач здешней больницы.

— Доктор? — мужик вновь осмотрел гостя. — И что тут потерял?

— А вы, позвольте узнать, кто?

— Михаилом меня величают. Артельщик я. Тут у нас заводик небольшой, кирпичи делаем из красной глины.

Иван Павлович кивнул, оглядывая окрестности. Про кирпичный заводик ему уже кто-то рассказывал. Вроде даже просили местные жители помочь с кирпичом, и отец Николай просил для реставрации церкви. И вроде бы даже обещали помочь. Только вот церковь по прежнему была все в таком же разбитом состоянии.

Взгляд доктора вернулся к черепу на заграждении, и он не смог сдержать упрёка:

— Михаил, вы что же, над мёртвыми издеваетесь? Это кладбище, а не место для ваших забав с костями!

— А вам какая разница, доктор? — ответил Михаил, нахмурившись.

Иван Павлович обратил внимание, что рука артельщика сильней сжала лопату.

— Это же не какие-то кости диких животных или скота, Михаил. Это люди.