— Здорово, мужики! — гаркнул он громовым голосом. — Далеко собрались?
Глава 19
Эффект неожиданности сработал идеально. Бандиты дернулись, как от удара хлыстом. Лошади заплясали под ними, всхрапывая и шарахаясь от внезапно возникшей фигуры Игната. Бородач в армяке, ехавший первым, попытался рвануть поводья, разворачивая коня, но сзади напирали свои же. В узкой ложбине образовалась куча-мала.
— Стоять! — рявкнул Игнат, поднимая штуцер. — Оружие на землю!
На секунду повисла звенящая тишина, нарушаемая лишь тяжелым дыханием переполошенных коней и звоном сбруи.
Главарь, тот самый бородач, оскалился, обнажая гнилые зубы. В его глазах не было покорности, только безумная решимость висельника, которому нечего терять.
— Вали их, братва! — заорал он дурным голосом, выхватывая из-за пояса пистоль. — Прорывайся!
Он нажал на спуск первым. Грохнуло так, что заложило уши. Свинец хлестнул по валуну, за которым стоял Игнат, выбив каменную крошку. Старый вояка даже не моргнул, лишь чуть присел.
— Огонь! — скомандовал он холодно.
Наши штуцеры ударили почти слитно. Залп разорвал воздух над ложбиной. Сразу трое бандитов вылетели из седел, словно их дернули за невидимые веревки. Остальные завопили, открывая беспорядочную стрельбу во все стороны. Пули защелкали по стволам деревьев, сбивая кору и ветки.
— Бей! — орал главарь, пришпоривая коня прямо на Игната.
Они понимали, что назад дороги нет. Сзади — узкая тропа, забитая телами и испуганными лошадьми. Впереди, да и со всех сторон — мы. Единственный шанс для них был — проломить нашу цепь, смять массой, прорваться через мясорубку.
Я прижался щекой к прикладу. Мир сузился до прорези прицела. В перекрестье попал мужик в заячьем треухе, который пытался перезарядить пистолет на скаку. Я плавно нажал на спуск. Толчок в плечо, облако дыма. Мужик дернулся и сполз под копыта своего коня.
Их осталось с десяток стволов против нашей десятки. Но они были в отчаянии.
Несколько всадников, несмотря на плотный огонь, сумели проскочить линию обороны. Один из наших казаков, молодой парень по имени Степка, вскрикнул и схватился за плечо — пуля зацепила.
— В шашки! — заорал кто-то из бандитов. — Руби их!
Бой мгновенно рассыпался на отдельные схватки. Дистанция исчезла. Теперь всё решала сталь и реакция.
На меня вылетел здоровенный детина с рассеченной бровью. В руке у него был тесак — грубый, тяжелый кусок заточенного железа. Он замахнулся с хриплым рыком, метя мне в голову.
Времени перезаряжать штуцер не было. Я перехватил его за ствол, используя как дубину, и шагнул навстречу, подныривая под замах. Приклад с глухим стуком врезался детине в живот. Он согнулся пополам, хватая ртом воздух, но тесак не выпустил.