Власта сделала паузу и озвучила то, о чем другие только думали:

— Отсюда пора валить.

Полог шатра вновь зашуршал, впуская внутрь стужу и Эрика Хезенхау.

— Что я слышу? — воскликнул он, с веселой улыбочкой подходя к Подгорной и собственническим жестом прижимая к своему боку. — Моя обожаемая девушка хочет сбежать с острова Ио и оставить меня с разбитым сердцем?

— Разбитым сердцем? — Власта протестующе фыркнула и сложила руки на груди. — Орган, что качает кровь по твоему организму, не возьмет ни один инфаркт. Молчу про любовную катастрофу. Так что не старайся вызвать у меня приступ вины, Эрик. Ничего не выйдет.

— Но я ведь должен был попытаться, — беззаботно пожал плечами северянин.

— Пиу!

Бестия выскочила из-за моей спины. По большой дуге обежала Ронду, которая испепеляла взглядом связанного Деймана, и плюхнулась на попу перед парочкой.

Подумала, дернула ухом и с недовольным «фыр!» топнула передней лапкой.

— Что такое, шкодница?

Эрик выпустил Власту из объятий, присел на корточки и ласково похлопал драконицу по боку. «Ласково» в понимании адепта с факультета ядожалов, конечно.

Бестию от этого «ласково» слегка повело в сторону, но она благосклонно кивнула, принимая грубоватую нежность Хезенхау, выпятила от гордости грудь и ткнула коготком в сторону связанного Деймана. Мол, смотри и восхищайся, двуногий, на что способна одна маленькая хвостатая шкодница. И только попробуй зажать для меня комплиментов. Я и «р-р-р», и грозный «кусь» могу сделать, и вообще страшна в своей импровизации. Воть!

— Бе-естия, ты невероятна! — охотно подыграл северянин, вставая и неторопливо обходя подвешенного в паре метров над землей адепта с факультета небовзоров.

Но Дейман даже бровью не повел, снося ехидную улыбку Хезенхау и гневные взгляды Ронды, как стойкий мученик сносит незаслуженные удары плетей.

— Бестия, скажи мне честно, — Эрик с интересом подергал один из закрученных восьмеркой узлов под горлом Деймана, — ты записалась в кружок креативного вязания или стащила у кого-то из преподавателей З. А. В. Р. а учебник по изощренным пыткам?

— Пиу! — весьма расплывчато отозвалась маленькая пройдоха.

Что могло говорить в пользу любого из предложенных вариантов.

Бестия развернула черную голову с аккуратными еще детскими рожками и оценила получившуюся конструкцию. Недовольно цокнула, поднялась на задние лапы и торопливо поправила изящный бантик, которым прикрепила конец свисающего каната к еле приметной металлической скобе в полу. После чего села и гордо выпятила маленькую грудку.

Один в один начинающий художник на первой серьезной выставке перед критиками. Мол, смотрите. Оценивайте. Я старалась.