— Послушай меня, Нэш. — Голос Деймана был как никогда серьезен. — Надо лететь. Прямо сейчас.
— Но…
Я чуть не ляпнула: «У меня свидание с Кристеном», но вовремя прикусила язык.
— И никаких «но». Эрика Магни там, в Твердыне тиграев. Мы нужны ей, а Мясник единственный, кто успеет туда вовремя, — все тем же пугающим своей серьезностью тоном продолжил Дейман. — Лететь, Риана. Надо лететь.
— Хорошо, — несколько заторможенно кивнула я, — разбудим остальных, дождемся Бушующего и утром…
— Ты что не слышишь⁈ — психанул Дейман и резко встряхнул меня за плечи. — Очнись, Нэш. Нет у тебя никого утра! Лететь надо сейчас же! Натягивай костюм, буди Мясника и улетай! Слышишь меня⁈
— Дейман, прекрати давить, — поморщилась я, скидывая его руки и отступая назад, чтобы выиграть для себя чуть больше личного пространства. — Я в курсе, что ты был очень привязан к Огнерык. Я знаю, что ты очень хочешь сбежать с острова. Но я не сорвусь и не увезу тебя с Ио среди ночи только потому, что со стороны может показаться, будто мной так легко манипулировать.
— Да при чем здесь это!
Дейман порывисто махнул руками и рыкнул нечто неразборчивое. И я что-то сильно сомневаюсь, что это был комплимент моему благоразумию и осмотрительности.
— Мы дождемся Бушующего, расскажем остальным и вместе придумаем, что делать дальше, — решительно подвела я черту в разговоре и направилась к двери.
— Упрямая ослица, — услышала вслед и с возмущением обернулась:
— Что ты сказал⁈
Адепт смотрел на меня с вызовом и… разочарованием ребенка, который разуверился в том, что его родители — все на свете знающие великаны. Дейман вздохнул и покачал головой:
— Поверить не могу, что столько власти сосредоточилось в руках такой трусихи.
Лекция 4. О сложных решениях и потере матриарха Я редко хожу на свидания, но только в такие часы, как этот, вспоминаю почему.
Ворвавшись в свою комнату, я так на эмоциях шарахнула дверью, что соседки небось подскочили во сне на своих кроватях.
Нет, ну каков, а?
Трусиха. Ослица! Это я-то⁈
Да что он о себе думает, небовзор недобитый. Сам еще адепт, а самомнения-то, самомнения!
Чувствуя, как закипает внутри кровь, я пронеслась через всю комнату, на ходу сбив подставившийся под удар стул, и влетела в ванную.
— Ты должна лететь, — нарочито коверкая интонации, передразнила я Деймана. — Поверить не могу, что столько власти сосредоточилось в руках одной…
Я открыла кран, набрала горсть воды и умылась.
Не помогло.
Сомнения и страхи никуда не делись, а кипящее внутри раздражение на Деймана приобрело градус «я ему еще докажу». Упершись в край раковины руками, я быстро глянула на свое отражение. И к собственной досаде обнаружила там ровно то, что сказал Дейман, то есть трусливую ослицу с капельками воды на унылом лице.