– «Хранителей Врат должно целовать солнце, иначе они не смогут встречать и провожать странников между мирами», – прочитала я первую записку.

– Как поэтично, – вздохнула Ира.

– Египтяне, – восхищённо прошептал Денис.

– Читай следующую, Нина, – поторопил меня Воронцов.

– «Чтобы открыть Врата между мирами и сопровождать странников, Привратники должны увидеть солнце». Хм… Там про встречи, проводы и Хранителей, а здесь – про открытие врат, привратников и сопровождение, – удивилась я.

На это профессор заметил, что Хранители врат, скорее всего, и есть Привратники, в обязанности которых входит открытие этих самых врат. А значит, они встречают и провожают странников, которые через них перемещаются.

Мы переглянулись.

– Короче, эти записки одинаковые, да? – на всякий случай уточнил Денис.

Вот спасибо ему! Он никогда не боится признаться, что чего-то недопонял! Мне было бы неловко переспросить.

– Совершенно верно, – ответил профессор Половинкин. – Суть обеих записок в том, что Привратники, которые сопровождают… хм-м-м… неких загадочных странников… должны быть на дневном свету. Иначе Врата, которые служат для перехода между мирами, не откроются и провожать будет некуда.

– А какой второй интересный факт? – спросил Саша.

Профессор рассеянно поглядел на него.

– Что, простите? – переспросил он и поправил свои очки.

– Ну, вы говорили, что есть два интересных факта, связанных с записками, – начал объяснять Воронцов. – Первый – что все они об одном и том же.

– Ах да! – воскликнул Половинкин. – А вы молодец! – похвалил он Сашу. – Записка, которую нашли в аптеке Вильгельма Пеля, содержит чуть больше информации, чем первые две.

С этими словами он передал нам ещё один листок, и я вслух прочла:

– Проход между мирами откроется лишь тогда, когда солнце поцелует лики Привратников. Но тот, кто ожидает Странника, должен вначале от сердца воззвать к силе Врат…

– Ерунда какая-то, – фыркнул Денис, когда мы распрощались с профессором Половинкиным, и с опаской покосился на Иру. – Поэтичная, конечно, но ахинея. Какие-то Врата, странники, привратники-солнцелюбы.

– Почему ахинея? Вполне может быть, что наш дуб – это и есть те самые Врата, – пожал плечами Саша.

Я кивнула. Мне эта версия тоже казалась логичной.

– А ты как считаешь? – спросил у Иры Денис.

Та с момента прочтения записок почти всё время молчала и о чём-то сосредоточенно думала.

– Ага, – невпопад ответила она и направилась к выходу из Египетского зала.

Мы последовали за ней.

– Что – ага? – нахмурился Дэн.

– Я всё думаю об этих письмах, потому что… – она запнулась, – потому что я недавно такое уже слышала. Только не помню где.