Юрген замолчал, глядя на текущую из крана воду. Подставил ладони, плеснул себе в лицо. Продолжил:

— А куда могут привести страну лавочники типа отца Феликса? Напялившие черные мундиры учителя гимназий и мелкие чиновники…

— Погоди… Раз так, и здесь, и в Берлине у тебя было много времени, чтобы… убить его, — сказал Лотар.

— Э нет, — мотнул головой Юрген. — Как говорили древние, месть должна быть подана холодной. Вы знаете, что германские короли никогда не казнили преступников или своих врагов в день вынесения приговора. Нет! Приговоренный должен был провести последнюю ночь в страхе перед завтрашним утром. Не спать, мучиться в ужасе перед неминуемым. Перед эшафотом и плахой. Я не хочу просто смерти Лингарда. Я хочу, чтобы он сдох, понимая, почему он сдыхает. Я хочу смотреть в этот момент в его глаза и видеть в них ужас. Я хочу, чтобы он обоссался от страха, а лучше — обосрался. Я даже готов ради этого терпеть его вонь. Если вы поможете мне это сделать, то я помогу вам. Скажите только, что вы задумали. Что именно задумал ты, Пауль? Признаться, мне не совсем понятна твоя игра. Это все из-за того эксперимента в круглой комнате? После нее я перестал тебя понимать. Ты вернулся из нее другим человеком. Другим Зильбером. И тем не менее, я спрашиваю, что ты конкретно хочешь, чего добиваешься?

Мы с Лотаром переглянулись. Что и говорить, для Лотара его слова несколько обидны. То есть, я — главный, а он, как приложение. Впрочем, стоит ли сейчас обижаться на такие мелочи?

— Мы хотим, чтобы проект «Дар Богов» был закрыт. Чтобы у Эгерда ничего не получилось! — сказал я.

— Почему? — спросил Юрген. — Разве плохо, что у Германии будет бессмертная, непобедимая армия?

— Это противоестественно. Темную силу нельзя обуздать, с духами нельзя договориться, Это приведет Германию к краху, — возразил за меня Лотар.

— Я так не думаю, — сказал Юрген, — но это не противоречит моему начальному предложению. У меня нет претензий к фон Эгерду, он из славного и древнего рода, он — солдат. Но его появление нарушило мои планы по поводу Лингарда. Я хочу, чтобы вместо фон Эгерда сюда вернулся Лингард. Вы меня понимаете? Пусть барон исчезнет, пусть вернется в Германию, или еще куда. Это мне не так важно. Мне важно отомстить Лингарду.

Что ж, по крайней мере — откровенно. Не друг, но союзник. И он в чем-то прав. Исчезнет фон Эгерд, приедет другой. Надо похоронить сам проект, а не его руководителя.

— По рукам, — кивнул я и первым протянул руку.

— Отлично! — Юрген ответил мне крепким рукопожатием, вернул кран в исходное положение и вышел из умывалки.