— Ты кто вообще такой? — стал что-то подозревать дух. — Ты… не Пауль. Не Пауль Зильбер. Тогда кто? Откуда ты здесь взялся?

Скрывать все дальше не имело смысла. Я охотно показал новоявленному духу историю, как на ускоренной перемотке. Как Павел Серебров прогуливается по древнему замку, как ступает в круг с Черным солнцем. Как одномоментно проваливается сквозь время и пространство и оказывается в другом мире, в другой реальности, в другом теле.

— Доннерветер! У нас все-таки получилось!

Нет, это не выражение радости. Лицо духа сморщилось, вызванный им образ было полон отчаянья и досады.

— Ведь все так просто! Мы это сделали и сами же в это не поверили.

Хваленая немецкая самоуверенность дала сбой? А я решил не щадить родовитого арийца, а угостить его панорамными видами. Сначала не удержался и показал родной Нижний Новгород, стрелку на слиянии Оки и Волги, древний кремль с выставленной в ряд у стены военной техникой времен Великой отечественной. Каменную лестницу с памятником Чкалову и беззаботными туристами около него тоже очень натурально изобразил. Потом показал хронику — советских солдат, водружающих красное знамя на крыше Рейхстага. И вид разрушенного Берлина с этой крыши. И зафиналил все парадом на Красной площади. Сначала из сорок пятого года, потом парадом, прошедшим на восемьдесят лет позже.

— Впечатляет, — качнул головой дух. — Значит, так оно все будет? Но в вашем будущем. А что скажешь на это?

Пришло время изумляться мне. Дух Эгерда показал мне марширующих эсэсовцев по площадям городов. Эсэсовцы были в принципе одинаковые, города менялись. Вена, Варшава, Париж, Белград, Лондон… Москва. В черных мундирах, в матово блестящих касках и в белых перчатках выглядели они эффектно, держа равнение на мавзолей. Надписи: «Ленин» на мраморной плите не было, были огромные медные буквы «GORING». Никогда не думал, что Геринг пишется через О с двумя точкам сверху. Значит, нашли нацики, куда своего борова пристроить. А Ильич-то где? Лучше и не спрашивать.

— Так что, чем ваше видение лучше моего? — усмехнулся дух. Я обратил внимание, что он стал обращаться ко мне на «вы».

— Тем, что мое реально, я видел своими глазами, а ваше… — возразил я. — Откуда вы его взяли?

— Вы видели сами? Как на рейхстагом вешали красный флаг? Что за глупость — вешать флаг над пустым после пожара зданием? Позвольте мне усомниться и остаться при своем мнении. Лучшие медиумы Аненербе смогли пронзить пространство и время и увидеть это…

Колонны эсэсовцев на Красной площади разом остановились, повернулись к мавзолею и дружно зиганули невзрачному мужичку с косой челкой и с чаплинскими усиками.