Войдя внутрь, я миновал холл и поднялся по широкой лестнице в гостевое крыло. Постучав в дверь комнаты Лидии, я вошел внутрь. Девушки сидели у окна: Лидия читала какую-то книгу, а Алиса бесцельно листала ленту новостей на планшете.

— Собирайтесь, — коротко бросил я, прикрывая за собой дверь. — Пора на занятия.

Фраза была простой, но смысл, заложенный в этот условный код, мгновенно изменил атмосферу в комнате. Температура словно упала на несколько градусов. Планшет выскользнул из рук Алисы и мягко упал на ковер. Лидия медленно закрыла книгу, ее лицо превратилось в бесстрастную фарфоровую маску, но пальцы, побелевшие от напряжения на обложке, выдавали ее истинное состояние с головой.

Они не стали задавать вопросов. Обе молча поднялись и пошли собираться. Я спустился вниз, предупредил Григория Палыча, что мы уезжаем на весь день, и вышел к машине.

Спустя пятнадцать минут Лидия и Алиса вышли на крыльцо. Они были одеты в практичную, удобную одежду — джинсы, плотные свитера и куртки, словно готовились не к магическому обряду, а к тяжелому физическому труду. Девушки молча сели на заднее сиденье «Имперора». Я завел двигатель, и тяжелый седан плавно покатился по подъездной аллее, выезжая за ворота имения.

По пути в город напряжение только нарастало и усугублялось. Девушки нервничали, и это ощущалось почти физически.

Лидия справлялась со стрессом в своей привычной манере: она сидела подчеркнуто ровно, скрестив руки на груди и устремив невидящий взгляд в боковое окно. Она держалась сдержанно и чопорно, загоняя страх глубоко внутрь, пряча его за ледяным фасадом аристократической выдержки.

А вот Алиса… Алиса не могла сидеть спокойно. Ее темперамент просто не позволял ей замкнуться в себе. Она прямо-таки суетилась, постоянно ерзала на кожаном сиденье, перекладывала сумку из стороны в сторону и то и дело подавалась вперед, упираясь руками в спинку моего кресла. Ее прорвало минут через десять после того, как мы выехали на шоссе.

— А что будет, если не выйдет? — спросила она, и ее голос дрогнул.

Я посмотрел на нее в зеркало заднего вида. Глаза Алисы были расширены, в них плескалась неприкрытая паника.

— Если не выйдет, значит, мы останемся в том же положении, что и сейчас, — ответил я, следя за дорогой. — Связь сохранится. Мы вернемся к исходной точке и будем искать другие пути.

Она нервно куснула губу, но этот ответ ее явно не удовлетворил. Прошло меньше минуты, прежде чем последовал следующий вопрос.

— А вдруг получится, что тогда с нами станет? — выпалила она, сжимая обивку сиденья. — В смысле, физически? Мы почувствуем боль? Нас разорвет? Или мы просто… перестанем это чувствовать?