Вэтой истории Александр хотел заиметь флот чуть раньше. И немножко другой.

* * *

Тот, кто построил хотя бы один корабль своими руками, тот может построить и другой корабль. А кто построил маленький корабль, построит и большой. При несколько большем напряжении ума и сил, конечно. Вот Санька, как только определился с местом закладки города, начал строить сразу четыре больших стапеля, которые к августу уже стояли с килями и шпангоутами будущих кораблей.

После прихода санного каравана с цементом и другим снабжением, Александр весь отдался строительству кораблей. Стапеля Санька поставил в виде высоких коробов. На верхние точки навесил переданные Мокшей канатные блочные тали и начал крепить подготовленные бортовые «доски» привезёнными из Коломенского железными гвоздями. Меди или бронзы было очень мало.

Для того, чтобы железо не соприкасалось с морской водой, гвозди утапливали в двадцатисантиметровой толщины «доске» сантиметров на десять, отверстие заливали смолой и забивали сосновой пробкой. Таким образом экономили на длине гвоздя.

По берегам Луги росли сосны и ели, изредка ольха. Дуба не было вовсе. Но, оказалось, что из сосны собирать корабль даже сподручнее.

К апрелю Выродков поднял стены крепости на нужную высоту, а Санька собрал первый корабль. Цементу Иван Григорьевич радовался, как дитя в песочнице. Он налепил из него вполне симпатичных армированных ангелов и укрепил их на стенах и башнях. С такими «излишествами» мощная крепость стала смотреться красиво.

На весенний торг прибыло двадцать восемь шведских судов и тридцать ганзейских. Санькин корабль встречал гостей на входе в устье, досматривая каждого, но не сильно тщательно, лишь убеждаясь, что корабли, действительно, пришли торговать.

Александр скупил у Шведских купцов медь и олово, пополнил городские запасы соли, продал шёлковые и льняные ткани, пеньковые канаты, растянувшиеся по берегам Луги, как длинные колбасы, и остался в значительном «наваре».

Местные жители продали воск и мёд, собранные осенью и закупили шерстяную ткань и соль. Цена за ткань Саньке не понравилась, но селяне были довольны, купцы платили с неё пошлину и он не стал вмешиваться в ценообразование.

Ямские купцы скупили остаток шерстяных тканей и соли. Новгородские привезли пушнину, но у иностранных гостей серебро закончилось ещё на Саньке.

«Члены торговой гильдии» имели право первоочерёдного закупа, что очень удивило остальных именитых купцов.

— Послушай, Александр Мокшевич, — подкатил вечером первого дня торгов к Саньке купец из Новгорода. — Ты так распугаешь всех купцов.