Абдулов, Янковский, Пельтцер, кого там только не было… Леонов, например, одиноко бродил по нашему школьному двору и вообще не казался весёлым человеком. В общем, весь центр бурлил, переживал и наслаждался столь тесным соприкосновением с культурой. Вот, как Пашка сейчас. Мне тоже всё это нравится, Гафт остряк и эрудит, Филипенко вообще красавчег, пардон за мой французский.

И даже встречающиеся тут странные типы, типа худощавого кавказца в белом костюме, окружённого за столом дружками совершенно уголовной наружности, не вызывают неприятных эмоций. Все мы люди, все человеки, все братья и все один раз живём. Как бы…

— Куда ты? — хватает меня за руку Галя, когда я поднимаюсь из-за столика.

— Сейчас вернусь, — качаю я головой. — Носик попудрю. Не переживай, за мной Паша присмотрит.

Мы заходим в мужскую комнату ну и, собственно, отправляем потребности. Удивительно, но туалет здесь не очень, мягко говоря, ну, да чего уж, не это ж главное. Перед нами там дела свои делает джентльмен криминальной наружности. Ну, куда без них.

Я подхожу к умывальнику и замечаю, что этот кент внимательно наблюдает за мной. Зная, что узоров на мне нет, я подхожу и омываю руки, а потом тщательно высушиваю их с помощью очень громкого и дующего во все стороны фена.

— Слышь, браток, — сиплым голосом с характерными интонациями обращается ко мне этот неизвестный наблюдатель.

Вот блин, какого хрена! Я практически в храме культуры нахожусь, в ресторане Дома актёра. Как они, вот эти сипатые, даже сюда просачиваются? Сила культуры, твою дивизию, тянет их сюда, как мух на… мёд.

Мы с Пашкой молча переглядываемся.

— Да ты не бойся, я ж просто. Поинтересоваться.

— Я не артист, — говорю я, чуть поморщившись.

Сипатый ржёт:

— Не, артист, в натуре. Я это, про другое. Ты же Бро, да?

Слава — это когда тебя знают люди, которых ты не желаешь знать , сказала Бриджит Бардо. Ну как с ней не согласиться?

Он улыбается и тянет руку для пожатия. Поклонник, твою дивизию, с грязными руками.

— Вагоноуважаемый многоуважатый, — морщусь я, — ты руки помыть забыл. Это типа прикол такой? Мы форшмак не заказывали. Ступай своей дорожкой.

Сто процентов из свиты белого костюма. И кто он такой, и с какой стати меня знает? Ну, собственно, вариантов не так много. Вероятно, претендент на корону, только не шахматную, а карточную. Лучше бы я не Гафта слушал, а Ферика. Надо было с ним встретиться и выяснить уже, какая сейчас актуальная обстановка.

Я прохожу мимо и не удостаиваю его взглядом.

— Э, слышь, борзый, — сипит мне вслед этот социально близкий. — Тебе Зураб велел подойти.