— Ты же знаешь, я в Ташкенте был, по линии МВД.
— Ну, так надо было там и по нашей линии дела сделать. Вот занесу тебе выговор, будешь знать. Ладно, готовься, завтра втроём со Скачковым летим в Новосибирск.
— Куда?
— В Новосибирск, — чеканит она. — Будем выступать на совещании по патриотизму в обкоме комсомола, а потом и в обкоме партии. Ну, и, соответственно облоно, ДОСААФ, общевойсковое училище у них там ещё. Работы куча. И тебе будет дополнительное задание — съездить домой и уволиться с фабрики.
— Мне в воскресенье кровь из носу в Москве надо быть, уволиться не успею.
— Ну, значит, полетишь увольняться в понедельник. Вопросы?
— Ир, ты чего такая деловая, соскучилась что ли? — хмыкаю я.
— Так, Брагин, на личные темы в личное время, ясно? А теперь надо хорошенько поработать. И я бы на твоём месте сию минуту явилась в ЦК. Потому что да, я соскучилась.
В ЦК я не являюсь, поскольку собираюсь повидаться с Платонычем, да и с Де Ниро. А там ещё и Ферик на горизонте. И Айгюль. С Иркой увидимся завтра. Три дня вместе будем. А в понедельник нужно будет начинать уже с Торшиным-Лундгреном плотную работу. Уф-ф-ф… Ну а что, нужно успевать…
В Новосибирск мы прилетаем рано утром. В шесть часов. Блин, график у меня тут будет атас, конечно. Не надо было, наверное, Наташке говорить, что приеду. Времени на неё не останется, расстроится только…
Мы выходим из самолёта в мороз. Спускаемся по трапу и идём к автобусу. Дует ветрище, а температура-то минус тридцать. Со сна прям бодрит, мягко говоря. Пассажиры ёжатся и кутаются в пальто.
— Так, я и не могу понять, — качает головой Ирина, — зачем эти два парня с нами летят?
— Это необходимо, Ир, я же тебе говорил. Вон у Виталия Тимуровича спроси.
Она лишь качает головой. Наконец, дверь закрывается и мы едем к зданию аэровокзала. В нём тоже нежарко. Мы выходим в зал прилётов и медленно идём к центру.
— Погоди, — говорит Новицкая. — Дай руку.
Я протягиваю руку и она, опершись об неё, сгибает одну ногу в колене и начинает поправлять язычок у ботинка.
— Да держи ты, — бурчит она как утомлённая совместной жизнью жена, — а то упаду.
— Держу, — отвечаю я. — Держу.
И вдруг:
— Егор!
У меня сердце сжимается. Я резко поворачиваю голову…
— Сюрприз! — говорит улыбающаяся Наташка и глаза её сияют радостью. — С приездом!
С приездом…
8. Новосиб
Вот, почему я недолюбливаю сюрпризы. Ты не управляешь ситуацией и ничего не контролируешь. Как бы думаешь, что контролируешь и тут… бац… сюрприз. А это я, невеста ваша…
Рад ли я её видеть? Конечно, рад, ещё как, но предпочёл бы, чтобы встреча произошла, когда я бы её запланировал. Наверное, это неправильно. Но и стоять, поддерживая Ирину, вместо того чтобы броситься и обнять Наташку, тоже как-то… не знаю… не фонтан, короче, диспозиция.