Слева я увидел постройку высотой этажа в четыре — прямоугольную призму с фиолетовым фасадом без окон. В длину она выглядела невообразимо огромной, в ширину тоже. Внутри неё поместился бы городской квартал. Гипермаркет — так она называлась, судя по исполинским буквам кириллицей.

А прямо передо мной воздвигся кинотеатр.

Он, может, и уступал гипермаркету по размерам, но всё равно впечатлял. Фасад был стеклянный, с тёмной тонировкой. Слово «КИНО», огромное и фосфоресцирующее, наверняка просматривалось и с путепровода и с шоссе. По обеим сторонам от крыльца пестрели щиты с афишами — на левом изображалась планета с подлетающим к ней космическим кораблём, на правом — виндсёрферша в солнцезащитных очках, на фоне треугольного паруса.

Площадь между кинотеатром, гипермаркетом и развязкой представляла собой автопарковку. Она была заполнена легковушками. А я стоял позади неё, на газоне, почти возле опор путепровода.

И вновь Нэсса справилась на «отлично».

Картина, послужившая дверью, отличалась, естественно, от пейзажа, который я сейчас видел. Но в ключевых деталях имелось сходство, поэтому переход сработал.

Визуальным центром своей картины Нэсса сделала надпись на фасаде кинотеатра. Афиши тоже нарисовала, но схематично, без красок и без подробностей. Киноактрису, кстати, Нэсса изобразила не на виндсёрфе, а на парусной лодке, но вроде прокатило.

А вот с машинами на стоянке пришлось всерьёз повозиться. Я шерстил фотографии из Лос-Анджелеса и из советской Москвы, указывал Нэссе подходящие тачки, а она их переносила на полотно. «Форд», «крайслер» и «шевроле» соседствовали с «нивой» и «волгой», причём последние две представляли собой новые модели, которых не было в моём мире. К счастью, детализация требовалась только для машин в ближайшем ряду, а дальше просто блестели стёкла и крыши.

Ни гипермаркета, ни развязки на холсте не было. Подразумевалась, конечно, транспортная инфраструктура, но оставалась за кадром. Увидеть её воочию я смог только сейчас, после перехода.

Полученный в итоге пейзаж не мог существовать ни в моём родном мире, ни в царской Москве, ни в тех советских реальностях, что я уже посетил. Это было нечто другое, новое, как я и хотел.

При этом, усилив зрение, я заметил серебристые блики, липнущие к кинотеатру. Что ж, значит, серебрянка в этом мире использовалась.

Побродив немного вдоль путепровода, я сделал следопытское фото, а затем пересёк парковку и подошёл к афишам.

Фильм с космическим кораблём назывался «Тёмная туманность. Эпизод VII». Кроме крупной картинки на постере обнаружились и портреты героев, немного ниже. Лица были мне незнакомы, но один чувак держал синий световой меч, а режиссёром значился самолично Джордж Лукас.