— Что здесь случилось? — спросил он быстро. — Мы не могли войти, мешали помехи.

— Ребята тут проводили какой-то эксперимент, — сказал я. — Что-то пошло не так, судя по всему. Я к ним заглянул, а у них тут — вот.

— Эксперимент с серебряной краской?

— Лучше спросить у них, когда оклемаются.

Несколько секунд он смотрел мне прямо в глаза — и, видимо, понял, что больше ничего не добьётся. Махнул рукой, отвернувшись. Его коллеги уже склонились над лежащим Вирчедвиком, приводя того в чувство.

Я побрёл вниз по лестнице. Мне навстречу бежали другие техники и врачи.

На улице лежал снег. Огромные хлопья продолжали падать на землю, густо и медленно. Белели газоны, улицы и деревья, подсвеченные жёлтыми фонарями.

Я пошёл по дорожке. Вход на территорию Академии был закрыт, пропускали только прибывающих техников. За оградой, однако, уже собралась толпа. Я увидел и Нэссу, а рядом — её родителей.

Нэсса тоже меня заметила. Вслед за техниками она проскользнула в ворота и побежала навстречу мне. Хватать её за руки, разумеется, никто не решился.

Она была в том же свитере, что и дома, только сунула ноги в короткие меховые сапожки и закуталась в шубку длиной до талии, белую, под цвет снега.

Подбежав, она обхватила меня руками, прижалась, и я тоже обнял её. Волосы на её макушке пощекотали мне подбородок.

— Почему ты так долго? — спросила она и тихо шмыгнула носом. — Я тут промёрзла, как полярная выдра, на виду у почтенной публики…

— Разговаривал, — сказал я. — Ты ведь не разрешаешь сразу бить в жбан.

Она хихикнула с лёгкой ноткой истерики и поёрзала, прижимаясь плотнее. Поверх её головы я видел, как отец Нэссы тяжко вздохнул, а мать слегка улыбнулась.

Были в толпе и мои друзья из клана Вереска — все, кто жил в кампусе и в других районах столицы, включая Даррена с Тэлвигом. Видимо, они тоже почувствовали меня через сеть и поняли, что здесь происходит нечто серьёзное.

Я посмотрел на учебный корпус.

Сетевые прожилки уже пропали из вида, контуры здания больше не искажались, но на оконных стёклах ещё мелькали странные блики, похожие на фрагменты фотоизображений.

Мимо нас с Нэссой пронесли Вирчедвика на носилках. Он был уже в сознании и держался за лоб. Соображал он, кажется, ещё плохо и меня не заметил. Следом из здания вывели остальных «экспериментаторов». Вид у них был не менее очумелый, они едва реагировали на происходящее.

Я скосил глаза на свой перстень. Тот лилово мерцал, утратив серебристый оттенок.

— Прошу извинить, но нам придётся отвлечь вас.

К нам с Нэссой подошли двое в строгих пальто — ректор Академии, который опять напомнил мне аппаратчика из обкома, и сухощавый дядя с высоким лбом и въедливым взглядом. Дядю я узнал тоже, видел в фотографиях — лорд-арбитр собственной персоной.