Скорость циркуляции маны возросла в разы, пропитавшая тело мана усилила его кратно. К тому же ко мне вернулось давно утраченное ощущение — я снова мог усиливать тело маной напрямую и также понял, почему это было невозможно раньше.

При разомкнутой сети, если я пытался влить ману из нее в мышцы, энергия либо рассеивалась, либо наоборот, скапливалась в одном месте, рискуя вызвать перегрузку и система сама ограждала меня от этого, блокируя возможность усиления.

Теперь же, сформировав замкнутый контур, я мог направлять ее в мышцы, в кости, в кожу, многократно умножая свою физическую мощь без посредничества артефактов. К тому же сеть пустила тонкие ниточки к тем участкам кожи, где располагались мои татуировки, объединяясь таким образом и с ними в единую структуру, еще больше упрощая для меня контроль над способностями.

Сами татуировки тоже менялись. Наборы татуировок одного назначения — например, несколько вариантов щитов или ускорителей — которые раньше накладывались друг на друга, создавая пеструю мозаику, начали сливаться.

Они не просто совмещались — они переплетались в новые, невероятно сложные узоры. Вместо десятка отдельных тату для защиты теперь был один, но его структура была в разы замысловатее и, я чувствовал, мощнее. Каждая функция теперь была представлена единственным, но совершенным узором.

И наконец, главная татуировка — сама Маска Золотого Демона на моей груди. Золотые линии, образующие лик, начали расползаться, как побеги плюща. Они перешли на бедра, покрыли плечи, поползли вверх по шее и вниз по спине.

Узоры не просто увеличивались — они усложнялись, в них появлялись новые завитки и спирали. А самое главное — их свечение менялось. Ослепительно-белый свет, характерный для Хроники, постепенно тускнел, сменяясь глубоким, пульсирующим алым сиянием, цветом маны Предания.

И кожа под всеми татуировками, не только под Маской, тоже менялась. Она становилась плотнее, прочнее, наливаясь скрытой силой. На ощупь она теперь напоминала не плоть, а закаленную сталь, и я был уверен, что по прочности она не уступит артефактному оружию ранга Истории.

Последняя крупица белой, знакомой маны Хроники дрогнула, сжалась под давлением моей воли и наконец переродилась, вспыхнув ровным, глубоким алым светом.

Весь мой внутренний мир теперь был заполнен этой могучей, пульсирующей рекой маны-наводнения Предания. Волна чистой, ничем не омраченной мощи должна была бы захлестнуть меня, но вместо этого мир не просто замер — он рухнул внутрь себя.

Реальность растворилась. Я не видел, не слышал и не чувствовал ничего, кроме бескрайнего, бушующего вихря алой маны. Он кружился вокруг некой центральной точки, втягивая в себя все мое сознание. Это состояние было похоже на самый глубокий гипноз, где не существовало ни тела, ни времени, только чистая воля и чистая энергия.