Я тут же, не отходя от места, перевел внутренний взор на другую татуировку — кольцо «История о преданном командире». Сосредоточился. И почувствовал тот же отклик. Тот же скрытый механизм.
Мысленный толчок — и на мизинце моей правой руки появилась знакомая золотая печатка. Да, практической пользы в ее физической форме было немного. Его истинная сила была в связи с моими бойцами. Но сам факт! Я мог проявлять его. Так же, как и щит.
Что же, на этой ноте, пожалуй, можно было выдвигаться в обратный путь? К базе тридцать пятой дивизии, а оттуда — в Роделион.
Глава 22
Флотилия из более чем сотни кораблей, бывших пиратских судов, теперь несущих флаги Коалиции, легла на курс к Руинам тридцать пятой дивизии. Я стоял на капитанском мостике флагмана, наспех восстановленного «Золотого Демона», с улыбкой глядя вперед.
Оставшиеся десять дней месяца соревнования пролетели в вихре деятельности. Комдив, получив мой краткий доклад, не стал тратить время на поздравления. Вместо этого он передал два конверта с заданиями.
Первое — ликвидация гнезда небесных виверн, расплодившихся на торговом пути и уже разгромивших два конвоя. Второе — зачистка бандитского анклава в Руинах Серебряного Вихря, где обосновались дезертиры из нескольких стран, терроризировавшие местных жителей.
С новой силой Предания оба задания оказались не сложнее утренней разминки. Виверны, способные разорвать корабль, даже не успели приблизиться к «Золотому Демону» — сконцентрированные залпы «Грюнера», усиленные пропуском маны через «Радагар», испарили их стаю в считанные секунды.
Дезертиры, укрывшиеся в лабиринте гигантских Руин, рассчитывали на запутанность коридоров. Но найти их через «Юдифь» и «Урию» оказалось легче легкого. Так что мы просто вошли, арестовали главарей и перекидали остальных на палубы кораблей без единой потери со своей стороны.
Когда месяц истек, мы были на базе. Следующие дни я потратил на организационные дела. Батальон «Желтый Дракон» требовал пополнения после боев в Перекрестке.
Я лично отбирал кандидатов, проводя смотры и спарринги. Десять вакансий я оставил пустыми, занеся в журнал лаконичную пометку: «Резерв для перспективных кадров из батальона „Алый Шквал“».
Затем настал час финансовых махинаций. Как и всегда. Я пригласил комдива на экскурсию по десяти кораблям, на которые было погружено содержимое Жемчужного Грота. Сказать, что он был в шоке — значит ничего не сказать. Вряд ли хоть кто-то, кроме тех, кто был в Жемчужном Гроте лично, мог представить, сколько там на самом деле было добра.
Когда мы вернулись в нашу каюту на «Золотом Демоне» и сели за стол, я пододвинул к нему папку с инвентаризационной описью.