И вдруг я замер. Прямо по центру палубы, в двадцати шагах от меня, из ниоткуда возникла фигура. Высокая, закутанная в темный плащ. Я не почувствовал ни всплеска маны, ни искажения пространства. Ничего. Просто… появилась.
На автомате я активировал окуляр. Ничего. А это значило лишь одно. Артефактор Предания.
Глава 4
Ледяная волна страха прокатилась по спине. Каждая клетка тела кричала об опасности, требовала отступить, бежать, спрятаться. Но отступать было некуда. И бежать — означало проявить слабость, которую такое существо моментально использует.
Я сделал шаг вперед, затем еще один. Спустился с мостика по трапу, мои сапоги глухо стучали по деревянной палубе. Я остановился в десяти шагах от фигуры, чувствуя, как холодный ночной воздух обжигает легкие.
При ближайшем рассмотрении это был высокий, стройный мужчина, лет за шестьдесят. Лысая голова, аккуратно подстриженная седая борода, острые, пронзительные глаза, казалось, видящие насквозь. На нем был простой, темный плащ без каких-либо опознавательных знаков.
Я вспомнил старые слухи, шепотки в коридорах дворца, которые тогда, семь лет назад, казались мне просто сказками. О том, что королей страны на протяжении трех поколений защищает безмолвный страж, артефактор уровня Предания.
— Приветствую Великого Стража Амалиса, — произнес я, и мой голос прозвучал на удивление ровно.
Незнакомец усмехнулся. Ухмылка была сухой, беззвучной, но от этого не менее устрашающей.
— Угадал, мальчик. Но это не изменит того, что тебе придется отдать трон. Не знаю, для чего он вам понадобился, но, похоже, для чего-то важного, и я не могу это игнорировать.
Я сглотнул, заставляя мозг работать, искать лазейки, слова.
— Интересно, — начал я, — вы не можете? Или ваш покровитель из Роделиона? Королю ведь, насколько я видел, он безразличен.
Страж ухмыльнулся снова, и в его глазах мелькнуло нечто, похожее на скудное одобрение.
— И на это угадал. Ты и правда обладаешь как минимум половиной ума Гильома. Из тебя мог бы получиться неплохой правитель. Жаль, сбежал.
Имя, как раскаленный нож, вонзилось в меня. Как же мне надоело это сравнение. Я почувствовал, как по щекам разливается краска гнева — наполовину наигранного, наполовину самого что ни на есть искреннего.
— Что было такого в этом Гильоме? — вырвалось у меня, и голос дрогнул. — Почему вы все одержимы им? Он что, был воплощением самого бога? Вряд ли, если столь глупо погиб на банальной охоте на небесных странников, имея стадию Эпилога Сказания! Это ведь позор для любого Артефактора его уровня!
Великий Страж посмотрел на меня с каким-то странным, почти жалостливым выражением. Он ухмыльнулся в третий раз.