Они были передо мной через мгновение. Их кортики, игнорируя барьер «Хроники золотого храма», прошли сквозь него, как сквозь дым. Я почувствовал леденящее лезвие смерти у самой кожи.

Инстинкт и ярость сработали быстрее мысли. Из моих плеч, предплечий, бедер взметнулись клинки «Энго». Вспышки света и лязг ударов оглушили меня на миг. Я заблокировал все три атаки, но сила фантомов была чудовищной. Клинки Энго' треснули, а меня отбросило назад.

И в этот момент, пока я был дезориентирован, на меня налетел сам Страж. Настоящий. Его кортик пронзил мое плечо сбоку, под ключицей, с хрустом пробив кость и выйдя с обратной стороны. Боль была ослепляющей, белой и горячей.

Он не стал выдергивать клинок, чтобы нанести следующий удар. Он просто повернул его внутри раны, и я закричал. Его уцелевший глаз холодно смотрел на меня, а свободная рука уже направляла лезвие к моему горлу.

И тут на него, словно разъяренный медведь, обрушился Силар, разрушительным ударом сверху-вниз второго из двух своих мечей. Первый он подорвал ради атаки на Стража. Его аура пылала мощью Кульминации Хроники — я успел поднять его перед самым боем. Рев Силара был полон чистой, неистовой ярости.

Великий Страж, даже израненный, двигался с пугающей легкостью. Его уцелевшая правая рука дернулась — казалось бы, просто короткий, почти небрежный взмах в сторону Силара.

Но в этот взмах была вложена такая плотность маны, что завибрировал воздух. Невидимый таран ударил в Силара, и могучий воин, несмотря на всю свою мощь Кульминации Хроники, был отшвырнут, как щепка, полетев в сторону обломков «Дивного».

— Теперь твоя очередь, — прошипел Страж, его единственный глаз снова обратился ко мне, клинок занесен для решающего удара.

Но он снова не успел его нанести. С трех сторон на него набросились новые противники. Хамрон, с окровавленными, но сжатыми в ярости кулаками, в которых он сжимал свой меч. Бьянка с парой новых, сияющих клинков, вместо своих рукавиц, и Карина, также с клинками, видимо запасными. Она уже давно не носила свой синий хаер и с Бьянкой они выглядели как сестры — жницы, посланницы самой смерти.

Их атаки были яростными, скоординированными — удар Хамрона по ногам, молниеносные тычки Бьянки в спину, точный выпад Карины в горло.

Но против брони Предания даже их возросшая сила была недостаточна. Удары отскакивали от сияющего доспеха, как горох от стены. Страж даже не пошатнулся.

Он лишь фыркнул с презрением и, не глядя, высвободил вокруг себя кольцо сконцентрированной маны. Вспышка ослепила всех, и моих командиров отбросило прочь, как листья ураганом.