его современником на латинской стороне был Иероним, который так нелестно писал о браке, удивительно, что в это время Афтоний все еще говорил от имени большинства. Франка Эла Консолино предположила, что в конце IV века язычники и христиане разошлись во мнении по вопросам брака, так как христианство не придавало замужним женщинам такого же ритуального значения, как языческие культы 6 . Это важно, но нет оснований полагать, что такая оппозиция была сформирована по линии религиозных различий, еще и с сохранением единства взглядов внутри каждой из групп. Христиане-традиционалисты вероятнее всего вполне разделяли со своими языческими друзьями и родственниками преобладавшую на протяжении веков идеологию брака как гражданского партнерства. Одной из причин, по которой ученые недооценивают это единство взглядов христиан и язычников, может быть склонность христианских писателей обвинять друг друга в симпатии к языческим идеям и литературе, как мы это уже наблюдали ранее. Другой причиной может быть попросту переоцененная учеными степень одобрения, с которой современники Иеронима относились к его ханжеству. (Ниже мы увидим, что даже его союзники считали необходимым подвергать цензуре его рвение.) Кроме того, мы часто забываем, что христианство было далеко не единственным религиозным движением, которое привлекало восторженных неофитов и вызывало опасения традиционалистов. Дэвид Хантер показал, что с 380‑х годов писатели-аскеты все больше стремились дистанцироваться от оживленной манихейской общины в Риме. Это различие становилось тем более важным, что утверждения манихеев о моральном превосходстве были очень похожи на заявления правоверных аскетов: в обоих случаях упор делался на целомудрие и пост. Хантер показал, что такие авторы, как Иероним (а позднее, во время его борьбы с Юлианом Экланским, и Августин), были обеспокоены тем, чтобы их собственные попытки продвигать аскетизм не были истолкованы как проманихейские. По мнению исследователя, письмо Августина (относящееся к периоду между 390 и 410 годами) манихею Секундину указывает на то, что Секундин поносил патриархов Ветхого Завета из‑за того, что они вступали в брак: их потребность в браке свидетельствовала о недобродетельности и неполноценности еврейской Библии 7 . Это помогает понять позицию Иовиниана и Гельвидия, двух антиаскетических христианских писателей, чьи работы известны нам только по саркастическим цитатам из них, которые приводит Иероним. Иовиниан, утверждая добродетельность патриархов, по-видимому, намекал,