— Ты сам знаешь, что ей сейчас нельзя этого делать. Да если бы и можно было, я бы не дал ей рисковать собой с целью наказания этого куска…

— Держи себя в руках, островитянин! — Сухой, но все еще крепкий кулак ударил по столешнице. Харакаш поднял ладони перед собой.

— Все-все, молчу. Но я тебя предупредил. За пределами крепости он не под твоей защитой.

— Ты не успокоишься, да?

— Конечно. Он вмешался в бой, оклеветал мою воспитанницу и остался безнаказанным.

— В его слова все равно никто не поверит, а-а-а… — магистр произнес это и сам раздосадованно осекся. Островитянин хмыкнул и многозначительно поднял брови.

Некоторое время в кабинете царила тишина.

— Ладно, — наконец сдался магистр и тут же спохватился: — но только по божественному суду. Это хотя быдолжно выглядеть честной схваткой.

Харакаш встал, широко улыбаясь, коротко поклонился и вышел за двери. Магистр достал из ящика стола трубку, набил ее и долго смотрел вслед ушедшему.

— «Доволен глумливый,

коль, гостя обидев,

удрать ухитрился;

насмешник такой

не знает, что нажил

гневных врагов»¹, — наконец произнес он тихо, вслушиваясь в уже чужие, но одновременно такие знакомые, родные слова.

* * *

Обедала я в компании Альвина и Харакаша, в своей келье. Ужин нас пригласил разделить магистр Ирвин у него в кабинете. Я этому весьма обрадовалась: желание узнать, что же находится за стеной в том коридоре, где я особенно отчетливо услышала зовущий меня голос, снедало.

Однако с вопросами пришлось повременить — магистр весьма искусно поддерживал беседу с самого нашего появления, переходя с одной темы на другую и при этом не забывая наполнять наши тарелки, так что я успевала лишь отвечать на вопросы о благосостоянии столицы да делах во дворце и жевать.

Пищу приготовили без особых изысков, но явно с любовью к делу: кролика мариновали в травах, каша была рассыпчатой и нежной на вкус, а хлебные лепешки — горячими и пышными. Запивать все предлагалось вином, я от него отказалась, попросив воды, чем вызвала весьма удивленный и одобрительный взгляд магистра, что, впрочем, сам вином не брезговал.

Наконец, когда мы насытились физически, а магистр сполна удовлетворил свое любопытство, настало время для вопросов.

— Я обнаружила странное место в крепости, — я бросила взгляд на обсасывающего кроличью кость островитянина, и он тотчас обозначил вслух местоположение, отсчитав повороты и шаги от главного входа, — скажите, за стеной с внутренней стороны, вглубь крепости, есть что-то?

Магистр смерил меня долгим взглядом и медленно кивнул.

— Алая крепость стара, стены ее толсты и пронизаны тайными ходами. Если мне не изменяет память, там как раз один из них. Хотя вход в него находится далеко от этого места.