Мужчина был порядочно избит, одет явно не по погоде и оттого — очень слаб. Его положили в один из обозов, и когда армейский лекарь доложил, что найденный пришел в себя, я не стала отказывать своему любопытству и изъявила желание присутствовать при разговоре, отправив Гаратэ к хвосту колонны.

Общался с подобранным на дороге мужчиной один из офицеров, Гильом, я знала его шапочно, как одного из доверенных лиц Бернарда и не более. Заметив подъезжающую меня, офицер сбился с вопроса, заставив закутанного в одеяло «подобрыша» беспокойно высунуться из повозки, чтобы тут же, округлив глаза, спрятаться обратно.

— Ваше Высочество… — начал было офицер, но я подняла руку, прерывая его.

— Пожалуйста, продолжайте. Я лишь хочу послушать.

Офицер кивнул, сидящий в повозке спешно опустил взгляд, до того, как я сумела его поймать, и глухо закашлялся.

— Так… что было дальше, после того, как вас согнали на площадь? — собравшись с мыслями, Гильом продолжил прерванный мною разговор, а я обратилась в слух.

— Нам зачитали приказ его светлости герцога Фиральского, о том, что каждое село обязано предоставить не меньше десяти и еще пяти мешков зерна, три коровы и три раза по десять курей…

— Приказкакого герцога? — уточнил офицер, но мужик отчаянно затряс головой.

— Не знаю, ваша милость, Фиральского герцога, и все.

— В какие цвета были одеты солдаты?

Селянин снова отрицательно закачал головой:

— Без цветов они были, ваша милость. Ни знамен, ни коты поверх, попона на коне — и та была пестрая.

Офицер раздосадованно хмыкнул, а я почувствовала, что снова сжимаю поводья. Водили за нос не только нас, но и простых жителей — попробуй потом объясни, что грабил тебя «тот, плохой», а ты-то «хороший» герцог. Да даже у меня самой не было уверенности, кто из них хороший, а кто — плохой. «А ведь выбрать придется… С одной стороны — законный наследник отцовского титула, лояльный короне изначально. С другой — его младший брат, которого, очевидно, держат как символ „благородного восстания“ мятежники, рвущиеся до власти. А если все не так?

Если восстание — лишь логичный исход недовольства властью? Хотя в таком случае отец все же сказал бы мне об этом… Нет, нельзя искать второе дно. Моя задача не восстановить справедливость, а в первую очередь восстановить целостность королевства и получить лояльное герцогство, богатое ресурсами. Остальное — второстепенно».

Тряхнув головой и прогоняя незваные размышления, я снова прислушалась к разговору офицера с подобранным на дороге мужчиной.

—…прятались. Кто в подпол, кто за домом. Ловили, как зверей. Сказали, что надо было по-хорошему отдавать, а теперь сами возьмут. — Голос сидящего в обозе человека был глух, полон какой-то бесконечной тоски и смирения.