Альвин, стоящий у дверей, позволил себе хмыкнуть, и я мысленно его перекрестила, ведь такой, казалось бы невинный, звук моментально перетянул внимание островитянина на себя.

— Ты что-то хочешь сказать? Может быть, где ты шлялся, пока наша принцесса бродила по деревне без какой-либо защиты?

Альвин, ошалело уставившись на мастера меча, попытался что-то возразить, но, у островитянина, судя по всему, накипело.

— О, Туманный, неужели я мало искупил свою вину перед тобой? За что ты мне послал этих двух выброшенных в шторм на берег?!

Пока Харакаш как-то странно и не обидно ругался, Альвин перебазировался ко мне поближе, не исключаю, что для того, чтоб прятаться за меня в случае чего.

— А чего он про выброшенных? — шепотом поинтересовалась я у своего оруженосца.

— Это он назвал нас морскими львятами. Или мальками, я не уверен, у островитян очень расплывчатые ругательства, — пояснил тот.

— Хочешь, чтобы я не расплывчато поругался?! — Харакаш саркастично осклабился и я решила перейти в наступление.

— А сам-то ты где был, пока твоя принцесса бродила по деревне без какой-либо защиты?

Мастер меча уставился на меня, то ли восхищаясь такой наглостью, то ли потеряв дар речи от нее же. Потом махнул рукой, показывая, что конфликт исчерпан.

— Так, ладно. Ваше Высочество, надевайте доспехи, мы поймали ваших неудачливых убийц. Одного комтур, правда, по голове приложил шибко, но второй вполне разговорчивый. Поможете с допросом.

«Я? Помогу с допросом? Каким образом-то? О нет…» — до меня дошло: Харакаш не знает о том, что я потеряла «родовое» наследие Латиссов, и рассчитывает, что смогу определить, когда пойманный будет лгать!

— Харакаш, нам надо поговорить! — Я резко вскочила, отмахиваясь от Альвина с кирасой. — Альвин, выйди за дверь и проследи, чтоб никто не мог подслушать!

Мой телохранитель, чуть помедлив, подчинился. И как только дверь за ним закрылась, я, схватившись за голову, под удивленным взглядом островитянина упала обратно на лавку.

— Я не чувствую ложь! — трагическим шепотом сообщив это оторопевшему от такого поворота мастеру меча, я нервно задергала себя за косу.

— В смысле — не чувствуешь?

— В прямом! Очевидно, это как-то зависело от настоящей Эвелин, от ее души, а не от ее тела!

— А еще позже сказать об этом ты не могла? — Харакаш ответил мне злым шепотом, отчего я гневно фыркнула и сообщила, что если бы не собака, он бы вообще ходил и не подозревал ни о чем до сих пор. Мастер меча нахмурился еще сильнее, и я, понимая, что это очень плохой аргумент в сложившейся ситуации, так же шепотом извинилась.