Когда выхожу в полотенце, Леся уже в гостиной, кричит оттуда:

— Давай скорее, всё уже готово!

Благодарен за то, что она приехала. Как бы ни раздражала, как бы ни лезла в душу, именно сейчас мне необходима. Друзей нет, не сложилось с ними, когда лучший друг любимую девушку увёл. Прошло почти десять лет, те чувства давно прошли, отболели, но больше никому не могу довериться. Только сестре. Леся отвлекает как может, хотя периодически зависаю, погружаюсь в мысли о Ядвиге. Как она двигалась на мне, сидя сверху, как запрокидывала голову, и кончики волос касались моих ладоней на её бёдрах. Как… Помешательство. Я на ней помешался.

Реально не ищу лёгких путей. Кто мешал найти свободную от обязательств женщину, наслаждаться с ней конфетно-букетным, не вылезать из кровати при любом удобном случае. На людях даже не могу лишний раз на неё посмотреть, коснуться. Всё-таки жалкий. Со вздохом роняю лицо в ладони, стискиваю голову. Сжать сильнее, чтобы лопнула, может, станет легче. Проще. Мычу приглушённо: эмоции перехлёстывают изнутри. Надо их сейчас выплеснуть, чтобы в понедельник в офисе с холодной головой смотреть на Ядвигу.

На плечо опускается рука, Леся молчит, хотя чувствую, как много ей хочется сказать. Пусть не добивает. Если для Ядвиги это ничего не значило, для меня должно стать также. Не бегать же за ней щенком, который просит, чтобы погладили. Откуда вообще это отчаяние взялось? Всё потому что утром толком не поговорили.

— Всё в порядке, — говорю глухо и выпрямляюсь. — Просто, давно так не прибивало, отвык.

— Я вижу, — хмыкает Леся. — Знаешь, мне нравится видеть тебя таким. Ты так давно стал походить на машину, а сейчас ожил на глазах. Смотри, у меня от тебя даже мурашки. — Она показывает руку, действительно покрытую мурашками. И вдруг порывисто обнимает. Утыкается подбородком в плечо, говорит: — Я за тебя рада, слышишь? Даже если ничего не получится, рада, что ты не разучился чувствовать.

Обнимаю в ответ, глотаю горький комок. Реально, сегодня расклеился, все эмоции на максимум накрутило. Но Леся права: приятно снова ощущать их, быть живым.

Воскресенье провожу частично в зале, частично за ноутом. Просматриваю план поездки в Калининград, вношу коррективы, чтобы командировка прошла максимально эффективно. После неё будет большой совет директоров, перед выпуском акций все напряжены, но останавливаться уже поздно. Там, на совете, увижусь с Платоном лицом к лицу. Ядвига рассказала ему, что это был я? Думаю, нет. Она придёт туда со мной, но это логично — все с замами будут. Смогу спокойно смотреть в его глаза? Хватит об этом сейчас. Сперва командировка.