А как резали листы в те годы?

Самым прогрессивным методом являлся ацетилен-кислородный резак. Автоген. Хорошо. Но он грел металл сильно и не очень быстро. Да и не везде применим. Например, легированные стали попросту портились в местах резки из-за температур и выгорания легирующих компонентов рядом с местом резки.

И не только.

Проблем — вагоны.

Что заставило Фрунзе начать искать новые методы и технологии для решения этой задачи.

Как и многие технари, выросшие в позднем Союзе, он читал всякие журналы научно-технического профиля. С детства. И «Юный техник» не прошел мимо него. Включая те номера, где приводилась модель простейшего лазера для изготовления дома.

Ярко. Просто. Доходчиво.

Вот о нем он и вспомнил. А потом, покопавшись у себя в голове, накидал общую принципиальную схему простейшего твердотельного рубинового лазера. Благо, что ее много где рисовали.

Простейший лазер, полученный в 1960-х годах, представлял собой рубиновый стержень, газоразрядную лампу вокруг него для накачки, поджигающий электрод, парочку зеркал и корпус с системой охлаждения. Все перечисленное существовало в 1920-е годы. Например, на водородной горелке уже в 1907 году была изготовлена первая тонна искусственных рубинов как раз подходящей формы. А газоразрядные лампы довольно широко в специальной технике использовались с XIX века, войдя в более-менее значимый обиход еще в 1860-е.

Оставалось только собрать это все в единую конструкцию.

Так что, кинув клич и отсеяв из студентов технических вузов увлеченных оптикой ребят с горящими глазами, Фрунзе собрал из них рабочую группу. Лично поставил задачу, вручив свои наброски и идеи по лазерам. Распорядился выдать все необходимое… И, как итог, в самые сжатые сроки первый образец лазера был построен. Слабенький. Но его хватило, чтобы продемонстрировать возможности точной раскройки металла. Пусть пока и фольги. После чего группу преобразовали в КБ, усилили специалистами, прежде всего технологами, и отправили «пилить» нормальный лазер для промышленного применения. Хотя бы в 20–30 кВт.

Фрунзе был уверен — сделают.

Обязательно сделают.

Вопрос только: когда и по какой цене. Но для каких-то важных задач в любом случае его можно будет применять. Понимая определенную размытость и неоднозначные горизонты решения данной задачи, Фрунзе не стал складывать все яйца в одни трусы. И попытался прокачать еще одно направление, пригодное для раскройки металла. Гидроабразивную резку, которая уже существовала. Точнее, гидрорезку, без абразива. Опыты по добавлению песка только шли, причем вяло. Вот Михаил Васильевич в нее и вкладывался.