— Надо предупредить Бенито, — напряженно произнес Геринг.

— Он мне и поведал об этом в переписке. Для англичан его стремления к экспансии как серпом по яйцам. Он ведь собирался воевать и за захват Далмации, и за расширение колоний в Северной Африке, угрожая слишком близко подойти к Суэцкому каналу. И, говорят, на Мальту облизывался, не раз называя ее оккупированной итальянской территорией.

— Ну хорошо, — после долгой паузы произнес Геринг. — А что дальше?

— После провозглашения Третьей Империи на основе Франции и Западной Германии и присоединения Северной Италии старинная держава Карла Великого будет почти полностью восстановлена. Останутся только вопросы с Бенилюксом, Швейцарией и Австрией. Бенилюкс и так уже в Антанте. Так что тут никаких особых проблем. Воевать он нормально не будет, но сырьем и продовольствием обеспечит. Австрия, вероятно, тоже особенно выступать не будет. Швейцария же… после вступления Австрии в Империю она окажется в полном окружении и будут дожата в самые краткие сроки. Как именно — не знаю. Но ее судьба незавидна. Там ведь лежит золото. В том числе тех самых банкиров, которые стояли за созданием ФРС и развязыванием Мировой войны. И это золото с них так или иначе вытрясут.

— Ты представляешь, насколько колоссальная мощь окажется собрана в единый кулак Парижем?

— Прекрасно представляю. Как и то, чем закончится это все.

— Большой войной?

— Да. Англичане постараются устроить как можно более суровую мясорубку на континенте, чтобы максимально истощить силы всех участников. Как мне тут шепнули, им не дают покоя лавры банкиров, что срубили огромные прибыли в Великую войну. Закончиться все это должно будет серией революций. Как в 1917–1918 годах. И развалом всего и вся на массу маленьких государств.

— А в Париже это понимают?

— Отчетливо понимают, но планируют извернуться. Они грезят мировой гегемонией. Ты бы видел их кораблестроительные амбиции. О! Там десятки линкоров по 70–80 тысяч тонн. Вкратце их план прост. Сначала собрать кулак в виде Третьей Империи. Потом разгромить Союз, добившись нашего распада или критического ослабления, что приведет их к гегемонии в Европе, как в лучшие годы Наполеона. После чего у них идет решение окончательного вопроса с англичанами. С десантом на острова и страшной резней. И в Лондоне это знают…

— А откуда это известно тебе? — с осоловевшим взглядом спросил уже изрядно набравшийся Геринг.

— Разведка, — пожал плечами Фрунзе.

— Ее ведь совсем недавно не было.

— Скажем так — я воспользовался талантами Вальтера Николаи и ряда других выдающихся немцев. Не только, конечно, но на текущий момент моя разведка хоть и не в состоянии на равных бороться с МИ-6, но уже может информировать меня о их планах.