— США сейчас не до того, понятно, — произнес Геринг. — Но ведь, заняв Филиппины, они станут угрожать Англии и Франции.

— Да, — расплылся в улыбке Фрунзе. — Именно. Нам с тобой что, в одиночку против этих уродов воевать, что ли?

— Думаешь, придется?

— После того как в Париже провозгласили доктрину Карла Великого, не думаю, что у нас остались варианты.

— Да, Франция провозгласила курс на возрождение Империи Карла Великого, — мрачно произнес Геринг. — И в Западной Германии сейчас готовят референдумы по вступлению в состав на правах широких автономий. Хотя, как по мне, это все блеф.

— Если Франция договорится с Англией по обмену колоний в Центральной Африке, чтобы объединить в единое целое британские владения, на Ганновер, то почему нет?

— Не верится что-то, что французы вновь провозгласят Империю.

— Не стоит недооценивать Петена. Тем более когда его столь прочно поддерживает де Голль. Особенно сейчас, когда они стали лидерами возрождения Франции. Ты ведь знаешь — больше года уже идет идеологическая накачка. Редкий выпуск газеты не выходит без статьи, в которой повествуется о каком-нибудь славном деле королевского периода или Империи. Особенно Первой Империи. К тому же Луи Наполеон, нынешний претендент на престол от бонапартистов, происходит от ветви Жерома, который был королем Вестфалии. Что выглядит очень удачным компромиссом для такого объединения.

— Может быть, но Великобритания никогда не допустит такого усиления Франции.

— Если только не будет бояться того, против кого она усиливает Францию, намного больше. Ее цель традиционно заключается в том, чтобы на материке не было сильных держав. И не появлялось гегемона. Союз слишком быстро усиливается. Пугающе быстро. И его нужно чем-то парировать. Они пошли на это после битвы при Баграме, где были смяты, как гнилая скорлупа, их части. Стремительное вскрытие крепкой, грамотно организованной обороны и полный, сокрушительный разгром союзных войск вогнал Лондон в ступор. Мы ведь наступали меньшими силами на превосходящие и понесли меньше потерь, чем защитники. Так что, полагаю, Туманный Альбион сейчас едва ли не в панике и готов пойти почти на все что угодно. Даже на возрождение Империи во Франции, которую, кстати, как мне шепнули на ушко, он и предложил возродить.

Герман промолчал.

Ему эти новости совсем не нравились.

— Ты слышал про Неаполитанскую историю? — продолжил Фрунзе.

— Про беспорядки на юге Италии?

— Да.

— А что с ними не так?

— Все. Италию, судя по всему, тоже взвесили, оценили и поделили. Ватикану предложили возрождение Папской области и финансовые преференции для Римской католической церкви. Священники взялись мутить воду. Судя по дошедшим до меня слухам, Сицилия должна отойти как отдельная корона Британии. Юг Италии как формально независимое Неаполитанское королевство — войти в Антанту. Север же Италии — Третьей Империи. С Венецией или нет — пока неясно. А срединные земли между ними останутся в руках Папы.