— Достали курву, Ю! — отчиталась за спиной Вероника Питерзон, едва окончилась перегрузка. — Вторая точно в рубку! Н-на! Первая — накрытие без срабатывания.
— Да ладно? — Юнона Тояма чуть поменяла курс и вывернула голову. — Она что, тонет?
Лодка на глазах зарывалась носом в белую пену. Корма ещё торчала над водой, а нос уже захлестнули по самую рубку первые волны.
— Тонет! — радостно подтвердила бортстрелок. — Она тонет! Мы её сделали!
— Жаль, конечно, что первая не сработала, — вздохнула Тояма. — Ну да и так неплохо получилось.
— Неплохо? — Вероника Питерзон хихикнула. — Неплохо? Да мы их по уши в говно макнули, курва!
Два экипажа вернулись на курс и яростно перемигивались оптическими сигналками. Теперь позорная утеря ВАС-61 статуса отдельной таск-группы и низведение до патрульного судна под чужим командованием больше не казались им грандиозным армейским оскорблением.
Экипаж наконец-то записал на свой боевой счёт значимую флотскую цель. Всё наконец-то стало так, как и должно быть. Так, как они ждали перед началом боёв.
И только уже на подходе к ВАС-61 и предпосадочном облёте до экипажей патрульной двойки наконец дошло, что никто из четверых девчонок в кокпитах двух самолётов даже не подумал согласно действующим флотским приказам доложить ни о точном времени, ни о координатах встречи с противником.
Глава 18
Глава 18. Подводник под угрозой
— А что мне делать с этими пукалками, если подводная лодка всплывет?
Шкипер мобилизованного траулера «Моржовый бивень».
Очередная серия трех глубинных бомб взорвалась по правому борту. Далеко — повисшую на девяноста саженях подводную лодку едва тряхнуло. Впрочем, фон Хартманн понимал, что их и не пытались накрыть. Просто давили на нервы не хуже забортной воды, напоминая: «мы ещё здесь, мы вцепились в глотку и не собираемся отпускать».
— Почему они не уходят?
На миг Ярославу показалось, что эти слова произнес он сам. Нет, голос был другой, женский… хотя и неузнаваемо-хриплый. Кто-то из рулевых…
— У них есть Видящий, — к удивлению фрегат-капитана, ответила на вопрос островитянка. — Очень слабый… не может сказать, где вы, просто чувствует, что ваша стальная рыба еще не ушла…
— Вот дерьмо…
По мнению имперской разведки, такого просто не могло быть. Даже самые слабые Видящие были слишком ценным ресурсом, чтобы разменивать их на какие-то там жалкие противолодочники. Но сейчас фон Хартманн куда больше верил сидящей перед ним чернокожей девушке, чем глубокомысленным выводам аналитиков за полмира от Архипелага.
По крайней мере, её слова объясняли, почему их так упорно и долго гоняют. Очень долго.