Я уже окончательно успокоился, но, как выяснилось, напрасно: из считанных единиц вражеских катеров, прорвавшихся через заградительный огонь, один все-таки сумел выполнить задание: возле борта «Георгия Победоносца» блеснуло пламя, вверх ударил высокий столб воды, смешанной с черным дымом. Видимо все-таки эти лодчонки использовали торпеды...
— Разъеби их всех трехгранным ломом в жопу! — тихо произнес Рожественский и громко выругался. — Простите, Алексей Александрович, не удержался!
Мне самому хотелось высказаться сходными словами, я едва сдержался. Мы все с напряжением всматривались в силуэт линкора... Прошла минута, потянулась вторая... Но «Георгий» и не думал тонуть! На нем даже крен на подбитый борт не появился. Я облегченно выдохнул и мысленно три раза перекрестился: Новейший линкор был единственным из всех наших боевых кораблей, на котором стояла конструкционная противоторпедная защита — були двухметровой толщины и продольная противоосколочная переборка. А самодвижущаяся мина Уайтхеда у супостата оказалась слишком маломощной, пробила только внешнюю обшивку.
А тем временем эсминцы Руднева и Рейценштейна повернули направо и начали обходить поредевшую армаду катеров по широкой дуге, ведя беглый огонь из всех орудий. Атака противника окончательно выдохлась, уцелевшие развернулись и попытались удрать. А когда эсминцы преградили им дорогу, начали массово выбрасываться на берег острова Шчедро.
— Оскар Викторович, распорядитесь, чтобы наши ребята собрали все брошенные катера и переловили их экипажи! — велел я и устало побрел в рубку. Из тела словно все кости разом вынули, заменив их воском — такая вдруг усталость навалилась. Бляха, ведь на волоске всё висело! Могли разом всех линкоров лишиться! Ведь спланировано всё было очень хитро! Исполнение подвело, но задумка-то хорошая — засада легких сил за островом. Я бы и сам, имея несколько десятков торпедных катеров против полудюжины линкоров, действовал бы аналогично! А ведь разведка ни о чем таком нас не предупредила! Эх, товарищ Целебровский, недоработка, недоработка! А еще мне на косяки пенял, сам то...
— Алексей Александрович, действуем по плану? — осторожно спросил Эссен, заметив, видимо, моё состояние.
— Конечно. Николай Оттович! Ведите колонну! — кивнул я. — Иван Константинович, радиограмму всем циркулярно: топить всё, что виднеется на поверхности, в том числе и лодки! Близко к противнику не подходить, снарядов не жалеть! Никто не должен уйти!
Часть 3. Глава 4
Глава 4
Рассказывает штабс-капитан лейб-гвардии Измайловского полка Денис фон Смиттен