— Нет, друг, не на это! — качнул я головой. — Хотя ту радость и вспомнить приятно... Справились бы без нас солдатики-сандинисты? Очень сомневаюсь! Только благодаря нам, двум молодым долбоёбам, как ты сказал, наши потери составили три «двухсотых» и пять «трехсотых», а положили мы на месте почти сотню головорезов и пятерку их кураторов. Опыт, мон шер, наш с тобой тогдашний боевой опыт был главным козырем операции! Вот и сейчас...
— Хорошо, дружище, я тебя понял... — генерал с силой потер висок. — Пойдешь старшим группы. Дам тебе самых лучших бойцов. Операцию проработаем досконально, поминутно! Вылет назначаем на послезавтра. А завтра ты с моими ребятишками сделаешь по двадцать прыжков с парашютом. Чтобы при реальной высадке все работали на полном автомате!
Часть 3. Глава 7
Глава 7
Рассказывает генерал-адмирал Алексей Романов
В итоге оказалось, что наша славная виктория над австрийским флотом была омрачена только для меня. Все остальные, как матросы, так и офицеры, заслуженно праздновали, не отвлекаясь на мысль, что «всё могло быть иначе, если бы...» Что, конечно, было совершенно правильным — на то я их командир и руководитель, чтобы думать даже после победы «о разном» и просчитывать будущие ответные ходы противника. А подумать было над чем...
Экспресс-допрос пойманных «лодочников» и осмотр их плавсредств и оборудования, показал, что в их подготовке и оснащении приняли самое непосредственное и «горячее» участие наши лучшие враги — англичане. Лодки были построены по чертежам британского инженера Джона Айзека Торникрофта и представляли собой почти точные копии советского торпедного катера Г-5 — очень похожая форма корпуса и такой же способ сброса торпеды — с кормы. Вот только на советских катерах движок стоял в десять раз мощнее, потому тот фактически летал над волнами. А на этом «чуде» технической мысли стояла немецкая лицензионная копия нашего стальградского сорокасильного движка и его едва хватало, чтобы катер поднимался на редан. Торпеды оказались чисто австрийскими, созданными австрийским инженером английского происхождения и подданства Робертом Уайтхедом. Это была совсем новая модель, имеющая скорость под тридцать узлов и дальность хода до одной мили! От серьезных повреждений при атаке этого «москитного флота» нас спасла только собственная большая скорость — неопытные экипажи катеров не могли взять правильное упреждение — тренировались выходить на боевой курс, имея целью тихоходные, относительно наших кораблей, пароходы флота Австро-Венгрии.
В целом, атака торпедных катеров была придумана кем-то талантливым (напрямую узнать имя этого гения, путем допроса пленных, нам так и не удалось, но явно это был какой-то англичанин — когда поймаем, я его самым почетным способом прилюдно уничтожу, гада: перед строем лично расстреляю), но подвело исполнение. Вернее так: в общем-то и исполнена атака оказалась довольно грамотно и наверняка десятки торпед достигли бы цели если... Если бы противником были не мы, а любой другой флот в мире!