Всё! Дата, подпись!
Отстучав, Воробьев достал из машинки бумагу, быстро проверил текст приказа на предмет ошибок, а копии на читабельность, проставил номера, заглянув в «Журнал приказов», приложил ко всем трем листкам полковую печать и протянул их генералу Рукавишникову.
Хозяин, в свою очередь, тоже быстро просмотрел текст в поисках ошибок, удовлетворенно хмыкнул и расписался. Один из экземпляров он передал мне, остальные вернул Воробьеву.
— Итак, други мои верные, вы всё слышали! Но всё ли вы поняли?
— Наша задача — максимально притормозить продвижение корпуса Данкля! — сказал я, после небольшой паузы. — Но задача на разгром или нанесение противнику больших потерь нам не ставится.
— Верно, Саша! — с довольным видом кивнул Хозяин. — Вы должны мертвой хваткой повиснуть на этом сраном корпусе, терзать его изо всех сил, не давать ему двигаться в какую-либо сторону — что к нам, что в направлении наших пехотных полков. А сколько вы в процессе выполнения приказа поубиваете австрияков — не важно! Главное: чтобы этот хренов Данкль застрял на одном месте! Вы же талантливые парни, так изобразите прибытие всего нашего полка! Напугайте австрийцев до усрачки! Так, чтобы они в чистом поле окопались и сидели на жопе несколько дней! А за это время мы возьмем Остраву и прорвем оборонительную линию у Брно. И тогда уже займемся Данклем. Да, про быстрый марш на Вену придется забыть, но нам сейчас не до жиру! Быть бы, как говорится, живу! Вопросы есть?
— Никак нет! — синхронно проорали мы с Ерёмой.
— Ну, тогда по машинам, соколы мои! — Рукавишников встал и по-отечески обнял обоих. — И смотрите там у меня: не геройствуйте без необходимости, под пули не подставляйтесь! Врагов много, а вас, красавцев и умниц, у меня всего-то пара десятков! Войнушек на нашем веку будет еще много!
Часть 3. Глава 2
Глава2
Рассказывает прапорщик лейб-гвардиибронекавалерийского Лихославльского полка
Алексей Пешков
(Отрывки из романа Алексея Пешкова «Отец»)
Рев моторов далеко разносился по окрестностям, распугивая лесную живность. Вот рыжей молнией по стволу дерева мелькнула белка. Пугливые пятнистые олени унеслись в чащу А на грунтовой дороге показались хищники — стальные, четырехколесные, с наклонной броней. Из башен торчали смертоносные жала крупнокалиберных пулеметов. Никаких опозновательных, кроме тактических номеров, на пятнисто-зеленом камуфляже не было. Но и без этого понятно, что броневики — русские. Других на всей земле не найти — не сообразил еще никто такие машины делать, кроме Александра Михайловича Рукавишникова.