ветку. – Елена! – напрягая голос, позвал он. – Лена! Где ты! Это эхо, или он в самом деле разобрал отзвук голоса, ответившего ему? – Я здесь! Я иду! – закричал он, бросившись на звук, не разбирая дороги, поскальзываясь на мокрой траве, падая и поднимаясь, обдирая лицо о ветки. Впереди мерцал и клубился пар исходящий из болота. заросшее камышом болото сонно причмокивало под дождевыми каплями. Тагильцев зачерпнул ботинком воды, остановился и снова позвал: – Лена! – Помогите! – умоляюще закричали совсем рядом. Он ринулся на голос, раздвинул еловые ветки и увидел маленькую девочку. Совсем малышка, лет восьми, не больше. Худенькая и большеглазая, со светлыми волосами, забранными в хвост на макушке. Она крепко увязла в болоте, провалилась по колено, и теперь пыталась выбраться, тянула руки вперед, от каждого рывка увязая все больше. Вокруг нее жадно чавкала черная липкая жижа, лишь едва укрытая сверху кустиками травы. Тут и там из нее торчали бархатистые головки камышей. Где-то поодаль не умолкая гудели лягушки. – Помогите, помогите мне, пожалуйста! – жалобно позвала девочка Александра. Рот ее приоткрылся, и он различил крохотную щербинку между передних зубов. Не веря собственным глазам, он смотрел на маленькую девочку, и узнавал любимые черты. Эти глаза, светло-голубые, чистые и прозрачные, золотистые волосы, тонкий, чуть вздернутый носик, щербинка между зубами. – Елена, это ты? – не веря своим глазам, пробормотал он. – Да, меня Лена зовут, – подтвердила девочка. Поначалу он снова заподозрил обман, слишком свежо еще было воспоминание о призраке его любимой, обернувшимся кровожадным адским бесом. Но потом… В конце концов, почему он ожидал, что Елена будет выглядеть так же, как в мире живых? Ведь он разыскивает ее душу, а разве не логично, что душа наша остается навсегда в образе ребенка? Он бросил еще один взгляд на девочку, так доверчиво протянувшую к нему руки, и коротко скомандовал: – Слушай меня! Стой на месте, не двигайся. Я сейчас отойду на минуту – поищу подходящую палку. Но ты не бойся, я тут же вернусь. Ты веришь мне? – Да, – закивала девочка. – Да, верю. Только… приходите поскорее, мне страшно! – Не бойся, я сейчас! – пообещал он и бросился назад в поисках палки, достаточно длинной и крепкой, чтобы Лена могла ухватиться за нее и выбраться из трясины. Он метался по лесу, поднимая с земли и отбрасывая за ненадобностью трухлявые коряги. Каждая минута промедления отзывалась в душе парализующим страхом – он хорошо помнил то, что увидел, переместившись в их