— Конкретнее, саму суть изложи! — он слушал внимательно, лицо напряглось.

— Хорошо… — терпеливо выдохнул я. — Кто-то в Комитете обладает достаточной властью или влиянием, чтобы в разгар расследования покушения на генсека внезапно отправить ключевого офицера за пятьсот километров. Просто чтобы он не болтал лишнего. Так сказать, исключить утечку по человеческому фактору. Как будто бы он знал, что вы к нему приедете… Этот «кто-то» не обязательно враг. Он может искренне считать, что действует во благо, закрывая лишние рты для сохранения видимости порядка. Но его благо может обернуться могильной ямой. Для нас. Лучше нам с вами вообще ни с кем ничего подобного не обсуждать. Тихо и скрытно наблюдать, делать выводы. До тех пор, пока не будет железных доказательств, а не наскоро слепленной ерунды из ЦК и каких-то разрозненных слухов.

Он долго молчал, переваривая мои слова. Наконец, тяжело вздохнул.

— Возможно, ты и прав. Я старой закалки, интриги плести, к сожалению, не умею. Всегда иду в лоб и говорю то, что думаю. В подобных делах, это огромный и жирный минус. Я действую справедливо и прямолинейно, так, как считаю нужным, но ты рпоказал мне сторону, в какую я вообще не собирался смотреть. Ладно, так и быть, давай по-твоему. Продолжаем только наблюдать. Езжай домой и отдохни. Завтра с утра в «Секторе». Будут новые данные — не звони по телефону, только личная встреча. Татьяне — секретарю, скажешь, что есть договоренность.

Он произнес это уверенно, но в его глазах я прочитал несколько иное. Он не поверил до конца, но семя сомнения все же было посеяно. Этого пока было достаточно.

— Понял. Э-э… Товарищ генерал-майор, я бы хотел здесь еще немного прогуляться. Вы не против?

— Дело твое. Только в приключения никакие не лезь.

Я выбрался наружу, дождался, пока черная «Волга» выедет с парковки и скроется за поворотом, а затем быстрым шагом направился обратно, в сторону бокового проезда, где среди сугробов грязно-белого снега ютилась полутемная подземная парковка. Мороз щипал лицо, было холодно. Я надеялся поскорее встретиться с Савельевым.

Минут десять пришлось подождать, затем я увидел его. Тот, в гражданской дубленке и шапке-ушанке быстрым шагом показался из-за угла. Он выглядел как обычный гражданин, работник какого-нибудь НИИ. Увидев меня, он молча кивнул в сторону стоящей у края парковки красной ВАЗ-2108.

Приблизившись, он жестом указал на пассажирскую дверь.

— Садись. Поедем.

Я сел. В салоне пахло мандаринами и пластиком. Машина почти что новая. Савельев уселся за руль, молча завел мотор, и Лада, урча, выкатилась на заснеженную улицу. Минуту мы молчали, пауза явно затянулась.