Он решительно встал, его тень растянулась по стене. Он подошел к окну, выглянул в темноту двора.
— Кикоть волнуется не зря. Про таких в шутку говорят — это дырка в заборе. Через него можно действовать, а он этого не понимает. Ищет не там. Но он же это хороший замотивированный помощник, инструмент. Через него можно начать контролируемую утечку, подкидывать ложные данные, вести свою игру. Но для этого его нужно… успокоить. И взять под колпак. Сможешь?
Я медленно кивнул. Тоже поднялся, пряча пистолет за пояс. Слабость от напряжения и долгого сидения давала о себе знать.
— И что же… Вся эта история с «кротом» не спектакль для меня?
— Не уверен, — честно признался Савельев, обернувшись. Его лицо в полумраке было неразличимо. — В этом и есть скрытая работа. Ни в чем нельзя быть уверенным до конца. Я лишь просчитал вероятности. Слишком много нестыковок. И мне кажется, что ты — человек, который не любит, когда им пытаются управлять. Будь самим собой, Максим Сергеевич.
Внизу, во дворе, резко чихнул мотор, и фары «Жигулей» на секунду осветили стену дома. Кикоть давал знать, что теряет терпение.
— Мне пора, — сказал я.
— Да, — согласился Савельев. Он снова стал тем самым невидимым офицером, тенью в системе. — Жди контакта. Не раньше начала января. И, Максим Сергеевич… береги себя. Пять миллиметров от сердца — это не шутка. Враги теперь будут другого рода. Они бьют не в грудь из автомата, они бьют по репутации, по карьере. И по близким. С этим я тоже сталкивался. К сожалению.
Я уже взялся за ручку двери, когда его голос снова остановил меня, тихий, но четкий в темноте.
— И насчет Чернобыля… ты прав. Там были конкретные люди. И с ними разобрались. Только способ был… не такой, как пишут в уставах. Иногда, чтобы предотвратить взрыв, нужно вовремя отключить не тот провод, а того, кто его держит. Понимаешь?
Савелеьв говорил завуалированно, какими-то иносказаниями. Путал меня, причем намеренно.
Я понял. Понял слишком много. И от этого стало еще более волнительно.
Не ответив, я вышел в темный коридор, захлопнув за собой дверь в квартиру, которая была не жилищем, а лишь оперативной ловушкой. Спускаясь по лестнице, я чувствовал, как за спиной, за тонкой преградой двери, стоит человек, который для меня пока непреодолим. Но все когда-нибудь, да ошибаются. Я его переиграю. А пока будем ждать, чего они там с Черненко задумали…
Глава 18 Снова в Москву
ВАЗ-2101 неторопливо катил по темной дороге между Ростовом и Батайском.
Виктор Викторович, вопреки моим ожиданиям, не задавал никаких вопросов, лишь изредка бросал косые взгляды и шумно сопел. Иногда поглядывал в зеркало, словно проверяя возможные хвосты. Его пальцы периодически барабанили по рулю, что говорило о том, что майор нервничал.