— Откуда ты это все знаешь? — спросил я прямо. — Такая информация… Ей должны владеть единицы. На самом верху.

Он усмехнулся, коротко и беззвучно.

— Единицы и владеют. Но у каждой единицы есть люди, которые исполняют приказы. Водители, связисты, санитары, дежурные по этажу. Они не видят всей картины, но видят кусочки. Если собрать эти кусочки от разных людей, которые не знают друг о друге, можно сложить мозаику. У меня… есть доступ к таким кусочкам! Не спрашивай откуда, просто прими этот факт.

— Зачем ты вообще мне это говоришь? Зачем мне такая информация?

Он посмотрел на меня выразительным взглядом.

— Потому, что ты такой же, как и я! — ответил Алексей. — Упертый. Подозрительный. Сложный, непредсказуемый. Разве Алексей Владимирович ошибся, когда взял тебя в разработку?

— Никто меня в разработку не брал. Я просто не хочу портить отношения с Комитетом. Черненко там явно не последний человек. А в остальном, да. Пожалуй, соглашусь.

— Ну, вот видишь. Разве я ошибся, когда предложил привлечь тебя к этому делу? Вижу же, что тебе все это не безразлично.

— А кому могло бы быть безразлично? Разве такие люди в Союзе есть⁈

— Есть. Поверь. Ничего хорошего Горбачев стране не принесет. Учитывая его политику.

С одной стороны, многие в Комитете знали, что именно Михаил Сергеевич сблизил Союз с Западом и это многим не нравилось. Про простых граждан не знаю, сложно делать выводы. Но Савельев, в силу своего возраста, слишком уж правильные вещи говорит. Явно не сам до этого дошел, скорее всего цитирует более осторожного самого Черненко.

— Допустим. И что показывает твои наработки? Кто стрелял?

— Операция была внутренней. Но это личный посыл какого-то энтузиаста. Скорее всего, это человек, который имеет определеную власть, но долгое время предпочитал бездействовать. А теперь решился действовать радикально. Сам посуди, слишком чисто все сделано, слишком точно исполнитель или исполнители знали график, маршрут движения и привычки охраны. И время выбрали такое, когда ударить проще всего. Не ЦРУ с их громкими и грубыми методами. Да и как руководитель, Горбачев их вполне устраивал. Мягкий, податливый.

Я молчал. Это все было мне известно. А Савельев продолжил:

— Исполнитель имел прямой доступ к расписанию Горбачева в тот вечер. Очевидно, что это кто-то из бывшего окружения Калугина, кто не смирился с поражением и решил взять реванш самым непредсказуемым способом. Или… кто-то, кому невыгоден был его новый, жесткий курс на изоляцию от Запада. Человек, которого все считают своим, но который давно играет в другую игру. У Черненко были ниточки. Я за них потянул и понял кое-что любопытное.